Как острова Венеции стали домом для страдающих от смертельной болезни: S03EP48

Венеция — столица северного итальянского региона Венето и, вероятно, один из самых известных островных городов в мире. Столетиями она привлекала массы гостей готическими палаццо, романтическими гондолами и великолепными карнавальными масками.

Территория города включает 118 островов в Венецианской лагуне. Хотя некоторые из них вроде Мурано и Бурано знамениты красивыми улочками и домами пастельных тонов, в Венеции есть малоизвестные острова, которые являются молчаливыми хранителями трагической истории плавучего города.

Два острова — Сан-Серволо и Сан-Клементе — расположены в нескольких минутах езды на вапоретто — венецианском общественном водном автобусе — к югу от площади Сан-Марко. Спрятанные от внимания центра города, они когда-то были домом для двух крупнейших и старейших психиатрических учреждений Италии. Оба лечили пациентов от различных медицинских состояний, включая эпилепсию, алкоголизм и психические заболевания. Главным среди последних долго оставалось пеллагровое безумие или безумие Пелагия, представляющее собой симптом болезни пеллагра, которая опустошала регион между концом XVIII и началом XX века. Учреждения на островах тесно связаны, и их истории дают бесценную информацию о том, как наука, медицина и человеческая психика понимались, диагностировались и лечились в Италии в то время.

Сан-Серволо — прямоугольный остров площадью около пяти гектаров. Впервые его заселили монахи-бенедиктинцы в седьмом веке, и территория оставалась монашеским поселением в течение следующего тысячелетия. Однако в 1716 году здания на острове перепрофилировали в военный госпиталь, а медицинское обслуживание осуществляли члены религиозного ордена. Первый пациент, принятый на лечение психического здоровья, прибыл сюда в 1725 году, и в течение XVIII века больница принимала психически больных пациентов из богатых семей, которые могли позволить себе оплату пребывания на Сан-Серволо. Впрочем, большинству повезло гораздо меньше.

«Тех, кто был «сумасшедшим» и бедным, отправляли в тюрьму и считали преступниками», — рассказывает Фиора Гаспари, глава исторического архива Сан-Серволо.

Когда здесь открылась больница, Венеция была республикой — фактически, одной из самых долгоживущих в мире. Но в 1797 году она пала под натиском Наполеона Бонапарта, а новое правительство продвигало эгалитаризм и установило юридическое равенство всех граждан. Хотя это равенство было ограничено, оно предусматривало отправку бедных психически больных пациентов в Сан-Серволо для лечения за счет государства. С 1797 по 1808 год на острове жили вместе как богатые, так и бедные пациенты, а также военные.

Когда в 1809 году военный госпиталь закрылся, его остров полностью заняла психиатрическая больница, обслуживающая жителей провинций Венето, Далмация и Тироль. Это учреждение является «старейшим в своем роде в северной Италии и одним из старейших в стране», говорит Фиора Гаспари. Однако в середине и конце XIX века по всей Италии открылось множество таких заведений из-за стремительного распространения пеллагры.

Пеллагра — это тяжелое системное заболевание, вызванное дефицитом витамина B3 или ниацина. Сельское население Северной Италии сильно страдало от болезни, поскольку рацион здесь состоял в основном из поленты — дешевого и сытного блюда из вареной кукурузной муки. Симптомы проявлялись в четырех стадиях: дерматит, диарея, слабоумие и смерть. Сначала у пациента появлялись сыпь и поражения кожи, за которыми следовали постоянные желудочно-кишечные проблемы. Затем начиналось поражение нервной системы, которое проявилось в депрессии, слабоумии и насилии по отношению к другим и себе. Один из врачей Сан-Серволо записал после приема 35-летнего крестьянина по имени Санто Франческетто в 1857 году: «Он говорит, что он меланхолик и не знает причины этого состояния, но чувствует в себе что-то сверхъестественное, что удерживает его в нем». Затем — в самых худших случаях — пеллагра приводила к смерти.

В 1879 году в Италии было зарегистрировано около 100 000 пеллагринов, как называли пациентов. Из них более трети проживали в Венето, пишут Давид Джентилкоре и Эджидио Приани в книге «Пеллагра и пеллагровое безумие в течение долгого XIX века». Регион был буквально рассадником болезни, и почти половина всех смертей в стране из-за пеллагры в конце XIX века произошла в Венето.

Люди в возрасте от 25 до 50 лет были основной группой, поражаемой пеллагрой, но больше всего страдали женщины. Эджидио Приани, клинический психолог из Университета Лестера в Англии, объясняет: «Уровень обнищания среди женщин был даже выше, чем среди мужчин. Это потому, что помимо работы наравне с мужчинами в поле, у них была дополнительная обязанность заботиться о доме и рожать детей, что было обременительно для организма». Постоянное напряжение, усугубленное хроническим недоеданием и повторными беременностями, ослабляло женщин и делало их более восприимчивыми к болезни.

В ответ на растущее число случаев пеллагры среди женщин в 1873 году на венецианском острове Сан-Клементе — примерно в полуторе километров на юго-запад от Сан-Серволо — открылось учреждение, предназначенное исключительно для пациенток женского пола. Почти сразу же больница оказалась переполнена, а через четырнадцать лет 44 процента женщин, поступивших в Сан-Клементе, страдали пеллагрой.

По мере того, как на острова отправлялось все больше пеллагринов и пеллагринок, переполненность в обоих учреждениях стала серьезной проблемой. Здесь часто размещалось вдвое больше людей, чем больницы могли вместить. К 1887 году число пациентов, за которых отвечал каждый врач в Сан-Клементе, возросло до 332 в сравнении со 138 десять лет назад. «Переполненность, естественно, привела к деградации и плохому обращению с пациентами», — поясняет Приани.

На протяжении всего XIX века островные учреждения «стали последним прибежищем для людей, которых не могли лечить или за которыми не могли ухаживать обычные больницы». Пациентов с пеллагрой привозили в Венецию их провинциальные власти, а затем на лодке или гондоле доставляли в соответствующий приют. Большинство страдающих крестьян привыкли к сельским угодьям и никогда раньше не видели города или водоема такого большого, как Венецианская лагуна. Эта оторванность от материковой Италии вызывала такую ​​сильную тревогу и отчаяние, что некоторые пациенты пытались сбежать или утопиться.

Вновь прибывших в Сан-Клементе и Сан-Серволо мыли, причесывали и одевали в стандартную униформу. Затем они проходили медицинское обследование и карантин для наблюдения и постановки диагноза. Начиная с 1874 года пациентов фотографировали при поступлении и выписке. Персонал помещал эти портреты в альбомы, которые были организованы по принципу двух колонок «больной» и «вылеченный». Снимки сопровождались подписями с указанием имени пациента, диагноза, даты поступления и выписки. Хотя фотографии имели научную цель, а именно фиксировали прогрессирование и лечение болезни, они также использовались в качестве рекламы преимуществ учреждений.

Некоторые пациенты в Сан-Серволо могли есть в трапезной одни и гулять без присмотра, в то время как другие нуждались в постоянном наблюдении и не имели никакой автономии, например, самостоятельного использования столовых приборов. Небольшой процент семей мог позволить себе платить за лучшие условия, включая проживание в отдельной зоне с доступом к лучшему питанию и одноместные или двухместные комнаты вместо общежитий. Да, Сан-Серволо был в первую очередь психиатрической больницей для бедных, которых лечили за счет государства, но здесь все еще присутствовала классовая разделенность.

Хотя многие психиатрические больницы той эпохи были закрытыми учреждениями, где пациентов могли запереть на всю жизнь, пребывание в Сан-Серволо и Сан-Клементе чаще было временным. Пеллагрины питались более сбалансированно и демонстрировали улучшение симптомов в течение нескольких месяцев или года. Однако в некоторых случаях пеллагра оказывалась рецидивирующим заболеванием, которое обострялось, когда пациенты возвращались домой и возобновляли диету с обилием поленты. Поэтому не было редкостью, когда пациентов госпитализировали в Сан-Серволо и Сан-Клементе несколько раз.

Одним из ключевых показателей того, что пациент готов к выписке, была его способность работать и вносить вклад в поддержание жизни острова. В Сан-Серволо это в основном касалось садоводства, в Сан-Клементе все было более масштабно: женщины занимались кружевоплетением, стиркой, готовкой и шитьем смирительных рубашек, которые использовались в обоих учреждениях.

После освобождения пациентов преследовало определенное клеймо, которое мешало им вернуться к нормальной жизни. «Их называли бывшими заключенными, — говорит Приани. — Многие считали это знаком позора», что создавало культуру молчания и стирания, которая сохраняется и по сей день. За последние двадцать лет многие посетители Сан-Серволо часто просят найти клинические карты своих предков. «Они знают, что был родственник, которого отправили в учреждение, но ему не разрешали говорить об этом. Теперь потомки пытаются восстановить историю своей семьи».

Условия в учреждениях менялись в зависимости от эпохи и директоров. В период с 1857 по 1877 год Сан-Серволо находился под руководством Просдокимо Салерио, которого считают самым уважаемым директором из-за его внимания «к научным разработкам своего времени и… выдающейся клинической и человеческой чувствительности».

Рассказывая о периоде руководства Салерио, Гаспари отмечает, что в это время на острове «был более гуманный, почти миссионерский подход к пациентам». Им разрешалось гулять, слушать религиозную музыку и видеться с членами семей. «Также меньше внимания уделялось использованию фармацевтических препаратов и физическим ограничениям».

Условия в Сан-Клементе были совершенно иными. «Я никогда не слышал большего шума ни в одном приюте, — писал посетивший учреждение в 1884 году австралийский врач Джордж Такер. — Пятьдесят женщин были закреплены различными способами — ремнями, куртками, путами и так далее, — их ноги посинели от холода».

Почти столетие спустя, в начале 1970-х годов, более 100 000 человек были размещены в психиатрических больницах по всей Италии, часто в нечеловеческих условиях. Не было ничего необычного в том, что пациентов привязывали к кроватям, заключали в изоляторы и подвергали агрессивным методам лечения, таким как электросудорожная и гидротерапия, когда для успокоения буйных использовались души и ванны.

К августу 1978 года Сан-Серволо и многие аналогичные учреждения закрылись вслед за принятием Закона 180. Он был известен как Закон Базальи по имени психиатра Франко Базальи, который был одним из лидеров национального движения за демократизацию психиатрии. Закон выступал за закрытие психиатрических больниц, отвергал концепцию институционализации и одновременно продвигал государственные службы охраны психического здоровья и ухода, которые опирались на сообщество. Время сдвига совпало с глобальным движением за деинституционализацию, но Италия пошла дальше во многих отношениях, став первой страной в мире, отменившей систему приютов.

Сегодня остров Сан-Серволо обрел новую жизнь. Он может похвастаться небольшим университетским городком; местом проведения частных вечеринок, свадеб и конференций; и жилым центром для туристов. Здесь также находится музей, открытый в 2006 году для реконструкции истории психиатрической больницы. В его экспозиции представлены многие книги, смирительные рубашки, удерживающие цепи и гидротерапевтические аппараты, а также семь фотоальбомов с портретами пациентов. Сан-Клементе же оказался заброшен с момента закрытия в 1992 году, а потом перешел в частную собственность. Сегодня здесь расположен роскошный пятизвездочный курорт.

Так как приближается срок оплаты хостинга, призываю вас поучаствовать в этом донатом по ссылке.