Лавиния Фишер и чай с олеандром. Женщина, которая никогда не была первой в Америке серийной убийцей: S03EP62

Если вы когда-нибудь окажетесь на экскурсии с привидениями в городе Чарльстон, штат Южная Каролина, вам обязательно расскажут ужасающую историю Лавинии Фишер. Ее называют первой в Америке женщиной — серийной убийцей и приписывают Лавинии жуткие преступления. Однако большая часть ее истории так и остается неизвестной, а то, что задокументировано, не соответствует легендам.

В 1819 году, по крайней мере, как гласит легенда, Лавиния и ее муж Джон держали гостиницу Six Mile Wayfarer House в шести милях к северу от Чарльстона. Как выглядела Фишер неизвестно, но консенсус таков, что ее знали как обаятельную и красивую женщину. Странным было то, что общалась эта красавица с довольно грубой компанией бандитов, которые останавливались в ее отеле.

По-настоящему жуткие истории рассказывают, что Лавиния флиртовала с постояльцами, развлекая гостей. Втеревшись в доверие, эта соблазнительница предлагала мужчинам выпить перед сном чашку чая. Это был ее собственный рецепт, содержащий секретный ингредиент — смертоносный олеандр. Чай усыплял очарованную жертву, затем Джон пускал в дело нож или топор. Тела пара прятала в подвале. Никто не мог понять, что же происходит с пропавшими мужчинами, пока в Six Mile Wayfarer House не остановился Джон Пиплз, который, к своему счастью и удаче, не любил чай.

Согласно легенде, Пиплз вырвался из лап убийц, и их арестовали. Суд приговорил обоих к повешению. Когда Лавиния возразила судье, что тот не может повесить замужнюю женщину, она услышала, что сначала казнят Джона, а потом уже новоиспеченную вдову. Когда настал день казни, отравительница настояла на том, чтобы надеть свадебное платье. Это привидение в развевающихся белых одеждах отказывалось добровольно идти на эшафот. Лавиния плакала, кричала и молила о пощаде. Когда она поняла, что надежды на спасение нет, ее прекрасное лицо потемнело. Перед тем, как петля затянулась на шее, женщина успела сказать толпе последнее: «Если у кого-то есть послание для ада, передайте мне, и я донесу его!» Затем люк под ней открылся.

По сей день ее мстительный призрак бродит по Старой городской тюрьме. Первая серийная убийца, первая казненная в США женщина… Эту тревожную историю рассказывают туристам и множат в книгах и подкастах. И почти ничего из нее не соответствует действительности.

О, да, Лавинию Фишер действительно повесили за шею, но в приговоре ничего не говорилось об убийствах и чае с олеандром. Преступление, за которое казнили владелицу гостиницы, заключалось в банальном разбое на большой дороге. И, конечно же, Лавиния не взошла на эшафот в свадебном платье, у нее его просто не было, как и никакого другого имущества, кроме одежды, которая была на ней. Так как же разбойница с большой дороги украла титул первой в Америке женщины — серийной убийцы?

Поскольку не сохранилось почти никаких документов о жизни Лавинии Фишер до ее появления в историческом нарративе в 1819 году, лучший способ понять, кем она была, — это изучить, где она жила.

В начале XIX века Чарльстон был шумным мегаполисом, уступающим по численности населения только Нью-Йорку в зарождающихся Соединенных Штатах. Хотя правительство штата переехало из Чарльстона в Колумбию в 1788 году, город превосходил столицу по многим показателям. Будучи портом, он служил важным центром торговли, куда стекались как многочисленные фургоны по суше, так и мириады кораблей по воде. Кроме того, Чарльстон был крупным рынком рабов. С 1790 по 1820 год, во времена этой истории, рабы и свободные цветные составляли более половины населения города. Это был единственный город в стране, где численность рабовладельцев превосходила численность порабощенных ими людей.

Вдобавок ко всему, богатства Чарльстона накапливались элитой. Как пишет Мори Д. Макиннис в книге «Политика вкуса в Чарльстоне до Гражданской войны», «в течение всего довоенного периода четыре процента населения с самыми высокими доходами контролировали более 50 процентов богатства города». Это не могло не стать приманкой для нечистых на руку американцев. Кроме того, после войны 1812 года США переживали серьезный экономический спад, кульминацией чего стала Паника 1819 года, которую некоторые экономисты называют первой Великой депрессией в истории Америки.

На фоне острой расовой, классовой и экономической напряженности Чарльстон стал лакомой добычей для воров. Торговцы, приезжавшие сюда, чтобы доставить свои товары, часто сталкивались с разбойниками на дороге. По пути в город они рисковали лишится поклажи, по пути из города — заработка. Грабеж был настолько серьезной проблемой, что жители Чарльстона опасались за благополучие и будущее города.

Если бы вы путешествовали в Чарльстон на повозке в 1819 году, вам пришлось бы регулярно останавливаться, чтобы отдохнуть и напоить лошадей. Для этого существовали гостиницы или, если хотите, постоялые дворы, название которых обычно соответствовало расстоянию в милях от города. Поэтому и заведение Фишеров именовалось Six Mile Wayfarer House. Часто эти отели использовались и преступниками, которым тоже надо отдыхать и обсуждать свои коварные планы. 

19 февраля 1819 года толпа белых самонадеянных мужчин отправилась из Чарльстона, чтобы вернуть справедливость и закон в свои руки. Расследование серии недавних ограблений на дороге не выявило никаких подозреваемых, поскольку жертвы просто не могли опознать нападавших. Мстители решили, что смогут раскрыть тайну. Добравшись до гостиницы на шестой миле от города, толпа приказала всем находящимся внутри покинуть помещение, чтобы обыскать его. Сделав это, мужчины отправились к следующей цели, но оставили одного из своих. Дежурным стал Дэвид Росс.

Когда бандиты, которые обосновались в Six Mile House, вернулись и обнаружили Росса, они были недовольны. Как позже сообщил властям сам Росс, мужчина по имени Уильям Хейворд напал на него и потребовал уйти. Когда тот спросил, может ли он забрать свои вещи, Хейворд пригрозил застрелить его. В это время к происходящему подключились Джон и Лавиния Фишер, которые стали избивать несчастного. По словам Росса, Лавиния даже разбила его головой оконное стекло. Когда мужчине удалось вырваться из дома, банда бросилась в погоню за ним.

«Ты проклятый негодяй, — кричал Джон Фишер, чередуя слова выстрелами. — Если я когда-нибудь тебя поймаю, я дам тебе сотню плетей». И Голливуд не придумал бы лучше.

Вскоре после этого в Six Mile Wayfarer House появился Джон Пиплз, которому нужно было напоить лошадей. Согласно его показаниям, на него напала группа из «девяти или десяти человек», вооруженных до зубов. Пиплз не запомнил нападавших, но заметил, что среди них была женщина. В итоге пострадавший сумел скрыться на своем фургоне, но двое бандитов погнались за ним, угрожая пистолетами. Пиплза догнали, избили и ограбили, и позже он опознал Уильяма Хейворда, Джона Фишера и Лавинию Фишер.

Имея на руках какие-то реальные зацепки, шериф на следующий день отправился с группой вооруженных мужчин в Six Mile, чтобы арестовать преступников. Те быстро сдались, а во время обыска люди шерифа обнаружили похищенную шкуру коровы, которая судя по всему стала главной уликой. Затем гостиницу подожгли и все имущество Фишеров было уничтожено дотла.

До суда бандитов отправили ​​в тюрьму Олд-Сити. В конечном итоге Уильяму Хейворду и супругам Фишер были предъявлены обвинения в нападении с целью убийства и грабеже. Так как Джон и Лавиния были официально женаты, им позволили находиться в одной камере. Возможно, это была не самая лучшая идея, так как 13 сентября арестованные попытались сбежать и это им практически удалось. Преступники сплели из одеяла веревку, но в решающий момент та оборвалась.

17 января 1820 года Джон и Лавиния были окончательно признаны виновными в нападении на Дэвида Росса и Джона Пиплза. Разбой на дороге считался тяжким преступлением, поэтому Фишеров приговорили к смертной казни. До экзекуции Джон провел время, общаясь с протестантским пастором, но Лавиния не нашла такого утешения в религии. Она настаивала на своей невиновности и искренне верила, что в конце концов случится какое-то вмешательство. Из камеры женщина внимательно следила за стражниками, пытаясь ухватиться за малейший намек на помилование. Однако спасения не последовало.

Через месяц после суда Фишеров доставили из тюрьмы Олд-Сити на виселицу. Джон смирился со своей участью, но Лавиния отказалась выходить из повозки. Когда стражники вытащили ее, она взмолилась и обратилась к толпе за помощью, чередуя заявления о своей невиновности с проклятиями и богохульством. Священник, который был тут же, пытался убедить Лавинию примириться с Богом перед тем, как все закончится.

«Перестань! — прорычала она в ответ. — Я этого не потерплю. Прибереги свои слова для тех, кому они нужны. Но если у тебя есть послание, которое ты хочешь отправить в ад, скажи мне, и я донесу его».

После этого Лавинию Фишер подвесили за шею.

В подлинной истории этой женщины нет ни чая с олеандром, ни подвала с трупами, ни серийных убийств. Более того, супругов вообще никогда не преследовали как убийц. Еще более странно, что через несколько дней после ареста Фишеров в лесу возле пепелища их гостиницы были найдены два трупа. Тела мужчины и женщины не смогли опознать, но молва приписала их Фишерам. Однако само по себе существование разбойницы было чем-то из ряда вон выходящим и вызывало общественный интерес, что, по всей видимости, и стало основой для легенд.

Лавиния, безусловно, не была первой женщиной, казненной через повешение на территории, которая впоследствии стала Соединенными Штатами Америки. Эта слава принадлежит Джейн Кемпион, которую казнили двумя веками ранее. Тем не менее, столь суровое наказание для женщины за тяжкое преступление, тем более вместе с мужем, было в новинку. Немногочисленные известные подробности о самой Лавинии и ее шокирующие последние слова оказались слишком таинственным сочетанием и благодатной почвой для пересудов.

По словам Брюса Орра, чья книга «Шесть миль до Чарльстона» является одним из авторитетных источников информации о Джоне и Лавинии Фишер, легенда зародилась в 1830 году, когда в свет вышла книга Питера Нильсона «Шесть лет проживания в Америке». Нильсон был шотландским бизнесменом, который утверждал, что лично был свидетелем казни Фишеров. На самом деле он не мог там присутствовать, так как находился в Штатах позже, с 1822 по 1828 год. Однако любой автор хочет, чтобы его книга продавалась, а значит, аудиторию надо поразить, приукрасив историю и сделав ее мрачнее и ужаснее. Когда туристам рассказывают об убийствах и скелетах в подвале гостиницы, воображение может нарисовать что-то типа замка. Однако Six Mile Wayfarer House был слишком далек от этого образа.

После выхода книги Питера Нильсена началась настоящая лихорадка Лавинии Фишер, а ее история со временем обрела жуткие очертания. Как заметила историкесса Беатрис Сент-Жюльен Равенель в книге «Убийства в Чарльстоне» (1947), люди вольны представлять Лавинию такой, какой им вздумается. Убийство? Конечно! Отравленный чай? Почему бы и нет! Колдовство? Что ж, она упомянула ад перед смертью. Настоящая Лавиния постепенно отошла на второй план, не в силах сравниться с «Прекрасной Лавинией», как ее окрестили в этих местах.

Когда гиды рассказывают на экскурсиях о приведении в свадебном платье, они по сути правы. Прекрасная Лавиния и есть призрак, потому что изначально она никогда не была по-настоящему реальной.

Интересно, что бывший следователь по делам об убийствах Брюс Орр, книгу которого я упоминал выше, считает, что Фишеры стали жертвами политической коррупции. По мнению детектива в отставке, их устранили, чтобы правительство могло забрать землю, которая находилась в собственности мужа и жены. В конце концов, именно на этом месте появилась новая военно-морская база, госпиталь которой все еще расположен на территории бывшей гостиницы. Эта теория отчасти объясняет то, что из 12 задержанных, лишь Джон и Лавиния Фишеры, а также Уильям Хейворд, который был совладельцем Six Mile House, были приговорены к повешению.

Туристам рассказывают, что призрак Лавинии обитает в Старой городской тюрьме, поскольку именно там она и Джон провели последний год своей жизни и в итоге были казнены. Гиды также говорят о случаях появления призрака на кладбище Унитарианской церкви, где она якобы похоронена. Однако Лавинию Фишер похоронили на «поле гончара», как называют места, где неизвестных, невостребованных или неимущих людей хоронили за государственный счет. Часто эти участки ранее использовалась для добычи глины для гончарного дела и считались менее ценными. В конечном итоге на этом месте построили военную школу, а в 1964 году ее заменил Медицинский университет Южной Каролины. Так что у Лавинии нет никаких оснований появляться ни в тюрьме Олд-Сити, ни на церковном кладбище.

И пару слов об олеандре, чья высокая токсичность объясняется содержанием в растении дигитоксигенина, нериина, олеандрина, олеондрозида и других ядовитых веществ. Они присутствуют во всех частях олеандра и могут поражать разные системы организма. В числе симптомов отравления нерегулярное или замедленное сердцебиение, низкое кровяное давление, общая слабость, затуманенное зрение и нарушения в виде ореолов вокруг предметов, диарея, потеря аппетита, тошнота и рвота, боль в животе. Со стороны нервной системы перечень симптомов включает спутанность сознания, дезориентацию, головокружение, сонливость, обморок, головную боль, кому и летаргию. Неудивительно, что именно этим ядом вооружили легенды Лавинию Фишер, но вряд ли жертвы могли безмятежно заснуть, угостившись ее чаем.

Поддержать работу блога донатом можно по ссылке.