Хищник из Harrods: 421 женщина обвинила Мохаммеда Аль-Файеда в насилии и домогательствах

Миллиардер умер год назад, и только это дало предполагаемым жертвам смелость и силу рассказать о том, что они пережили. За два месяца дело приобрело шокирующий масштаб.

В начале осени 2024 года более двадцати бывших сотрудниц роскошного универмага Harrods в Лондоне рассказали о сексуализированном насилии со стороны владельца компании и сокрытии этой информации менеджментом. Только смерть Мохаммеда Аль-Файеда в прошлом году позволила этим женщинам начать открыто говорить о насилии.

В середине сентября юридические фирмы из Великобритании и США заявили, что расследуют возможность подачи судебных исков по нескольким обвинениям, включая торговлю людьми, изнасилование и серьезные сексуальные посягательства.

Британская юридическая фирма Leigh Day, работающая с американской компанией Motley Rice, представляет интересы женщины, которая утверждает, что подверглась торговле людьми, изнасилованию и насилию. Она и ее адвокаты заявили, что могут быть еще сотни пострадавших от аналогичных преступлений, совершенных, когда они работали в Harrods в период с 1985 по 2010 год. Юристы рассматривают возможность предъявления исков столичной полиции со стороны пострадавших людей, утверждающих, что сообщали о предполагаемом насилии, но власти не предприняли достаточных мер для их защиты.

Файед, продавший Harrods в 2010 году, умер в 2023-м в возрасте 94 лет. В одном из его некрологов отмечалось, что при жизни в адрес бизнесмена неоднократно звучали обвинения в домогательствах к сотрудницам. В 2009 году Королевская прокурорская служба решила не предъявлять обвинение Файеду по заявлению о том, что он совершил сексуализированное насилие над пятнадцатилетней девочкой в ​​магазине. В 2013 году его допросила полиция после того, как женщина заявила, что он совершил сексуализированное насилие над ней в своей квартире на Парк-лейн после собеседования при приеме на работу. Полиция возобновила дело в 2015 году, но не предприняла никаких дальнейших действий.

Сам Аль-Файед всегда отрицал обвинения.

Осенью 2024-го предполагаемые жертвы начали давать подробные отчеты о насилии, некоторые их них попали в документальный фильм «Аль-Файед: Хищник в Harrods». В нем утверждается, что акты насилия имели место в Лондоне, Париже, Сен-Тропе и Абу-Даби. Одна из женщин рассказала, что ее изнасиловали в подростковом возрасте в квартире Файеда.

«Мохаммед Аль-Файед был монстром, сексуальным хищником без моральных принципов», – заявила она на камеру.

Еще три женщины сообщили, что также были изнасилованы Файедом в его квартире. Пятая женщина рассказала, что Файед изнасиловал ее на вилле Виндзор в Париже, а затем заставил вымыться с дезинфицирующим средством: «Очевидно, он хотел, чтобы я стерла все следы его пребывания рядом со мной».

Создатели документального фильма говорят, что женщины решились выступить с заявлением после того, как увидели, как комплиментарно Файеда изображают в сериале «Корона». В эпизодах, о которых идет речь, рассказывалось об отношениях Дианы, принцессы Уэльской, с сыном Файеда Доди и об их гибели в автокатастрофе в 1997 году. Одна из женщин утверждает, что Файед пытался изнасиловать ее не один раз, когда она была его личной помощницей с 1988 по 1991 год. Говоря о том, как он изображен в «Короне», она отметила: «Люди не должны помнить его таким».

Брюс Драммонд, адвокат, представляющий интересы нескольких женщин, сообщил: «Паутина коррупции и злоупотреблений в этой компании была невероятной и очень темной».

В Harrods отреагировали на эту информацию В официальном заявлении компании говорится: «Мы крайне потрясены обвинениями в злоупотреблениях, совершенных Мохаммедом Аль-Файедом. Это были действия человека, который намеревался злоупотребить своей властью, где бы он ни действовал, и мы осуждаем их самым решительным образом. Мы также признаем, что в это время как бизнес мы подвели наших сотрудниц, которые стали его жертвами, и за это мы приносим искренние извинения. Сегодня Harrods – это совсем не та организация, которая принадлежала и контролировалась Аль-Файедом в период с 1985 по 2010 год. Это организация, которая ставит благополучие наших сотрудников во главу угла всего, что мы делаем».

В компании также отметили, что как только в 2023-м прозвучали обвинения в сексуализированном насилии со стороны Аль-Файеда, ее приоритетом стало урегулирование претензий как можно быстрее, избегая длительных судебных разбирательств для вовлеченных женщин. Кроме того, отмечается, что процесс открыт для всех нынешних и бывших сотрудников Harrods.

«Хотя мы не можем изменить прошлое, мы полны решимости поступать правильно как организация, руководствуясь ценностями, которых мы придерживаемся сегодня, и одновременно гарантируя, что подобное поведение никогда не повторится в будущем», – сообщается в заявлении Harrods.

Мохаммед Аль-Файед, бизнесмен египетского происхождения, владелец универмага Harrods, умер в возрасте 94 лет 30 августа 2023 года. Его смерть наступила через 26 лет после автокатастрофы в Париже, в которой погибли его старший сын Доди и Диана, принцесса Уэльская, 31 августа 1997 года.

В заявлении, опубликованном футбольным клубом «Фулхэм», которым владел Файед, его семья сообщила: «Миссис Мохаммед Аль-Файед, ее дети и внуки хотели бы подтвердить, что ее любимый муж, их отец и дедушка Мохаммед мирно скончался от старости в среду 30 августа 2023 года. Он наслаждался долгой и полноценной пенсией в окружении своих близких. Семья попросила уважать их частную жизнь в это время».

Бывший журналист Майкл Коул, который работал с Файедом в качестве директора по связям с общественностью в Harrods, рассказал, что тот был «необыкновенной личностью». В одном из эфиров он отметил, что покойный был «очарователен, больше, чем жизнь, и полон великой человечности». Он также добавил, что Файед был погребен рядом со своим сыном. А после Коул перестал подходить к телефону.

Известно, что Аль-Файед родился в Александрии в семье школьного учителя. Его прорыв в бизнесе произошел после того, как он встретил свою первую жену Самиру Хашогги, сестру саудовского миллионера, торговца оружием Аднана Хашогги, который нанял его для своего бизнеса по импорту оружия в Саудовскую Аравию. Эта должность помогла ему наладить связи в Египте, и он открыл собственный судоходный бизнес, а в 1966 году стал советником одного из богатейших людей мира, султана Брунея.

В 1970-х годах Файед переехал в Великобританию, а в 1979-м вместе с братом Али купил парижский отель Ritz. Следующей целью Файедов стал Harrods, и в 1985 году после долгой и ожесточенной борьбы с британским бизнесменом Роландом «Тини» Роулендом братьям удалось заключить сделку по поглощению магазина стоимостью 615 миллионов фунтов стерлингов. В последствии правительственное расследование этого предложения, официально опубликованное в 1990 году, показало, что Файед и его брат действовали нечестно. Однако бизнесмены назвали претензии несправедливыми. Пять лет спустя заявление Файеда на получение британского гражданства было отклонено.

В 1994 году он вновь поссорился с британским правительством, когда стало известно, что бизнесмен платил депутатам-консерваторам, чтобы они задавали вопросы в парламенте от его имени. Дело привело к отставке Тима Смита с поста министра Северной Ирландии, в то время как другой депутат Нил Гамильтон был уличен в получении взяток, включая отпуск в отеле Ritz и бесплатный шопинг в Harrods. Гамильтон проиграл дело о клевете, которое он подал против Файеда, и потерял свое место на всеобщих выборах 1997 года. Файед также раскрыл журналистам факты о причастности министра Джонатана Эйткена к сделке по поставке оружия в Саудовскую Аравию. Позже Эйткен был заключен в тюрьму за дачу ложных показаний и извращение хода правосудия.

Несмотря на то, что Файед прожил в Великобритании несколько десятилетий, ему так и не предоставили гражданство, и он грозился переехать во Францию, где ему вручили орден Почетного легиона, высшую гражданскую награду.

В 2010-м он продал Harrods инвестиционному подразделению Катарского суверенного фонда благосостояния за полтора миллиарда фунтов стерлингов, хотя ранее сообщалось, что миллиардер хотел остаться там даже после смерти. В 2002 году Файед заявил изданию Financial Times, что хотел бы, чтобы его тело было выставлено на обозрение в стеклянном мавзолее на крыше универмага, «чтобы люди могли приходить и навещать меня».

Бизнесмен также, безуспешно, возродил сатирический журнал Punch, а в 1997 году купил футбольный клуб «Фулхэм» за 6,25 миллиона фунтов стерлингов. Он превратил клуб в команду высшего дивизиона, а в 2013-м продал его бизнесмену Шахиду Хану.

После гибели Доди и Дианы он вел длительную кампанию, утверждая, что катастрофа не была несчастным случаем и что ее организовали британские службы безопасности. Однако французская полиция пришла к выводу, что это был несчастный случай, вызванный отчасти превышением скорости и высоким уровнем алкоголя в крови водителя Анри Поля. В 2006 году расследование лондонской полиции не нашло никаких доказательств, подтверждающих заявления о том, что спецслужбы были каким-либо образом замешаны.

Файед стал другом Дианы благодаря своей спонсорской поддержке благотворительных организаций и мероприятий, которые посещали члены королевской семьи. В 1987 году он основал Благотворительный фонд Аль-Файеда для улучшения жизни бедных, травмированных и тяжело больных молодых людей.

Согласно списку миллиардеров мира, составленному аналитиками Forbes, в ноябре 2022 года состояние Аль-Файеда составляло 1,9 миллиарда долларов.

До приобретения Harrods Файед намеренно избегал всеобщего внимания. Только после этого у него появился аппетит к публичности. Как только он приобрел достопримечательность в Найтсбридж, он преследовал престиж и влияние, которые, как он предполагал, принесет владение магазином с клиентами из королевской семьи.

Файед овладел искусством первоклассного посредника: он мог узнать, чего хочет человек, и предоставить ему это. Его щедрость была безграничной, если не отклонялась второй стороной, тогда он не повторял ошибку, чтобы не обидеть. Но если подарок или услуга принимались, любая последующая неспособность отреагировать должным образом вызывала ярость и месть. Файед оттачивал эти приемы, все более успешно продвигаясь по Саудовской Аравии, Гаити, Дубаю, Брунею и Франции. В Британии он безжалостно применял их, чтобы добраться до источников влияния: политиков, пэров, полиции и прессы. Его приманкой были корзины из Harrods, бесплатный шопинг и проживание в Ritz. Но обеды с ним не бывали бесплатны.

Из-за сквернословия, шутовского поведения и самоиронии Файеда было легко недооценить. Он обладал проницательным и тонко настроенным пониманием человеческой натуры. Однако отказывался признавать, что его образ и действия закрыли дверь к его принятию в Британии, как бы сильно и часто он ни стучался. Отпор подпитывал темную сторону Файеда. Опасный противник, он делал самые дикие заявления как публично, так и в частном порядке против врагов или тех, кого он обвинял в своих неудачах. Он подделывал документы и платил за лжесвидетельство. Часто было трудно определить, верил ли сам Файед в те обвинения, которые он повторял со всей убежденностью.

Это был человек без тормозов. Никто вокруг не говорил ему «нет», а братья Али и Салах всегда подчинялись ему, иногда качая головами в ответ на его выходки.

Бывший финансовый директор Harrods был снят полицией с самолета в аэропорту Хитроу на фоне обвинений во взяточничестве, которые были быстро отклонены. В Дубае руководителю Кристофу Беттерманну повезло меньше. Он провел три года, борясь с гражданскими и уголовными разбирательствами после того, как Файед выдвинул обвинения в краже, прежде чем его оправдали, а гражданское дело было отклонено. Телефоны сотрудников регулярно прослушивались.

Дважды Файеда обвиняли в домогательствах к сотрудницам. Некоторые из тех, кто жаловался, были обвинены в воровстве и даже арестованы полицией, которая спешила выполнить приказания миллиардера. Позже все обвинения с женщин были сняты.

В 2009 году Королевская прокурорская служба решила не предъявлять обвинение Файеду по обвинению в сексуализированном насилии над пятнадцатилетней девочкой в ​​магазине. Повторно бизнесмена допросили в 2013 году после того, как женщина заявила, что он совершил сексуализированное насилие над ней в своей квартире на Парк-Лейн после собеседования при приеме на работу. Полиция возобновила дело в 2015 году, но не предприняла никаких дальнейших действий.

Дальнейшие обвинения в сексуальных домогательствах были выдвинуты бывшими сотрудницами Harrods в 2017 и 2018 годах. Одна из женщин рассказала, что приняла 60 000 фунтов стерлингов, чтобы отказаться от иска о сексуальных домогательствах. Файед снова отверг все обвинения, и полиция не предприняла никаких действий.

Несмотря на огромные инвестиции, Файеду не удалось сделать Harrods историей успеха в розничной торговле. Более сорока директоров приходили и уходили, большинство были уволены, некоторые ушли, так как эксперты в розничной торговле уставали от истерик и микроменеджмента Файеда. Только когда его участие ослабло, торговля улучшилась. Harrods был скорее обязательным для посещения туристами, чем обязательным для трат. Обремененный огромными банковскими займами, он изо всех сил пытался конкурировать с более профессионально управляемыми конкурентами. Однако через кассы проходило достаточно денег, чтобы оплатить образ жизни Файеда с домами, вертолетами, самолетами и яхтами.

В сентябре 2024 года, спустя тринадцать месяцев после смерти Аль-Файеда, адвокаты, представляющие интересы 37 женщин, объявили о намерении возбудить гражданский иск против Harrods в связи с предполагаемым насилием со стороны бывшего владельца. Юристы заявили, что Мохаммед Аль-Файед был «монстром», чье сексуализированное насилие над женщинами можно сравнить с делами Джимми Сэвила, Джеффри Эпштейна и Харви Вайнштейна. По словам адвокатов, в Harrods была создана система для защиты Файеда на протяжении десятилетий жестокого обращения с сотрудницами.

«Мы говорим это прямо: Мохамед Аль-Файед был чудовищем», – заявил на пресс-конференции Дин Армстронг, королевский адвокат, добавив, что он «никогда не видел случая столь ужасного, как этот». Он сравнил Файеда с Сэвилом, потому что «в этом случае, как и в том, учреждение, как мы заявляем, знало о происходящем». Он также сравнил Файеда с Эпштейном, «потому что в том случае, как и в этом, существовала система закупок для поиска женщин и девочек – как вы знаете, есть и очень молодые жертвы». Сравнивая Файеда с Вайнштейном, Армстронг добавил, что человек находился «на самом верху организации и злоупотреблял своей властью».

Объявление о планируемом гражданском иске против Harrods прозвучало после того, как обвинения в сексуализированном насилии со стороны Файеда были озвучены в документальном фильме, который упоминался выше.

«Наша единственная цель – добиться справедливости для жертв сексуализированного насилия со стороны Мохаммеда Аль-Файеда, которому, как мы говорим, способствовала небезопасная система работы, которую Harrods установил, поддерживал, определенно смирился с ней и, как мы говорим, способствовал ей во время этого председательства. Мы считаем, что эта система не только способствовала, но и потенциально позволяла в сознательной степени широко распространенное сексуальное насилие над жертвами, которых мы представляем», – сообщил Армстронг журналистам.

Известная американская адвокатесса Глория Оллред назвала Harrods «токсичной, небезопасной и оскорбительной средой» при Файеде. Она сказала, что обвинения включают «серийное изнасилование, попытку изнасилования, сексуализированное насилие и сексуализированное насилие над несовершеннолетними». Кроме того, она рассказала о врачах, проводивших инвазивные гинекологические осмотры в качестве условия трудоустройства для некоторых сотрудниц. Оллред, которую коллеги представили как ведущую в мире адвокатку по правам женщин, рассказала журналистам, что, по словам пострадавших, им было известно, что врачи сообщали результаты этих медицинских обследований Файеду, поскольку он использовал их данные, чтобы их дискредитировать.

«Обвинения включают сокрытие информации, угрозы и четверть века сексуализированного насилия со стороны Мохаммеда Аль-Файеда после того, как он купил Harrods и стал его председателем. Harrods часто называют самым красивым магазином в мире… многие женщины мечтали работать там, быть связанными с этой престижной корпорацией и продвигаться по карьерной лестнице. Однако под блеском и гламуром Harrods скрывалась токсичная, небезопасная и оскорбительная среда», – подчеркнула Оллред.

Мария Мулла, адвокатесса, представляющая тех же клиенток, заявила, что офисы Harrods находились под видеонаблюдением, а телефонные линии прослушивались, но это не распространялось на собственный офис Файеда. Она сказала, что за женщинами, включая даже шестнадцатилетних девочек, часто велась слежка, и что одному из сотрудников службы безопасности Файеда было поручено выяснять подробности их личной жизни, прослушивать телефонные звонки и докладывать ему.

Брюс Драммонд, еще один адвокат, представляющий интересы пострадавших, сказал, что насилие было «совершенно ужасным», добавив, что «последствия длились годами, а в некоторых случаях десятилетиями, и даже продолжаются по сей день… Это изменило жизни этих дорогих женщин и оставило на них пожизненный след». Драммонд добавил, что некоторые оказались в психиатрической лечебнице, некоторые с трудом строили здоровые интимные отношения с мужчинами в дальнейшей жизни.

«Некоторые продолжают страдать от кошмаров, депрессии и тревоги. Поэтому мы здесь сегодня, чтобы сказать миру, что это было неправильно», – подчеркнул Брюс Драммонд.

Как известно, ранее Файеда обвиняли в сексуализированном насилии и домогательствах к нескольким женщинам, однако предыдущее полицейское расследование не привело к предъявлению каких-либо обвинений. Юридическая группа, которая ведет дело сейчас, также представляет интересы женщин, которые работали в парижском отеле Ritz. Расследования продолжаются в отношении «всех организаций, в которых он был замешан», включая футбольный клуб «Фулхэм».

На этой же пресс-конференции выступила одна из предполагаемых жертв сексуализированного насилия Мохаммеда Аль-Файеда. Женщина по имени Наташа дала душераздирающий отчет о своих страданиях, сказав, что «попала в логово льва», когда согласилась на работу у бывшего владельца универмага Harrods в Лондоне. Она подчеркнула, что работа на него была связана с «целым рядом сокрытий, обмана, лжи, манипуляций, унижений и грубых сексуальных домогательств».

Называя Файеда «председателем», Наташа сказала, что он «охотился на самых уязвимых – тех из нас, кому нужно было платить за аренду, и тех из нас, у кого не было родителей, которые могли бы их защитить». Она назвала его «крайне манипулятивной» фигурой, которая изначально делала все возможное, чтобы жертва почувствовала себя в безопасности и комфорте на работе.

«Мохаммед Аль-Файед, больной хищник, заманил меня, используя тот же modus operandi, который он использовал снова и снова. Меня подвергли тестированию на СПИД и ЗППП без моего согласия, и теперь, оглядываясь назад, я верю, что меня проверяли на чистоту», – рассказала женщина.

Наташа также заявила, что после того, как он заманил ее, Файед начал использовать личные встречи, чтобы подвергать ее все более эскалационной кампании физического насилия. Это достигло кульминации, когда ее вызвали в его частную квартиру однажды ночью «под предлогом проверки работы». Она сказала: «Дверь была заперта за мной… Я увидела, что дверь его спальни приоткрыта, там были выставлены секс-игрушки. Я окаменела. Я присела на самый край дивана, а затем… Мохаммед Аль-Файед, мой босс, человек, на которого я работала, навалился на меня».

Она сказала, что после того, как ей удалось освободиться от его нападения, «он посмеялся надо мной. Затем он взял себя в руки и сказал мне недвусмысленно, что я никогда никому не должна об этом говорить. Если я это сделаю, я больше никогда не буду работать в Лондоне, а он знает, где живет моя семья. Мне стало страшно и плохо».

Другая пострадавшая рассказала, что Файед изнасиловал ее, когда она осталась в одной из его квартир после поздней смены на работе.

«Я дала понять, что не хочу, чтобы это произошло. Я не давала согласия. Я просто хотела, чтобы это закончилось. Я помню, как чувствовала его тело на себе, его вес. Просто слышала, как он издавал эти звуки. И просто ушла куда-то в другое место в своей голове», – рассказала она.

Еще одна женщина, работавшая одной из личных помощниц Файеда с 2007 по 2009 год, рассказала, что ей «требовалось» пройти гинекологические тесты, чтобы получить эту работу, и, оглядываясь назад, она считает, что это была проверка на наличие инфекций, передающихся половым путем. Она добавила, что Файед изнасиловал ее во время поездки в Париж, и она чувствовала себя «в ужасе» после этого.

«В Париже были охранники, патрулирующие дом, были охранники снаружи дома. Мы были заперты на закрытой территории. В тот день нас сопровождали туда полицейские, поэтому я чувствовала, что не смогу пойти в полицию, даже если выберусь с этой территории», – поделилась женщина.

Арт-журналистка Фиона Стерджес в сентябре 2024 года написала колонку, в которой рассказала, что, когда годом ранее услышала о смерти миллиардера, нисколько не сожалела об этом.

«Скатертью дорога, подумала я, моему бывшему работодателю, который руководил рабочим местом, процветающим женоненавистничеством и насилием. Мне было восемнадцать, и я только что получила аттестат о среднем образовании, когда работала в магазине в 1990-х годах. Выросшая в глуши Девона, я отчаянно хотела переехать в Лондон и знала, что магазин нанимает выпускников школ на сезонные контракты в преддверии Рождества. Через пять дней после прибытия в столицу я получила работу официантки и помощницы по кейтерингу в ресторанах Harrods, а также комнату в доме в Патни. Я была рада. Мой план сработал», – вспоминает Стерджес.

Однако тогда девушка еще не знала, что Harrods был кошмаром для десятков его сотрудниц. Хищническое поведение Файеда не было секретом в компании; среди работавших в ней женщин ходили слухи, что они должны делать все возможное, чтобы не попадаться ему на глаза.

«Это было трудно, поскольку он регулярно ходил по торговому залу в сопровождении мужской свиты, отмечая сотрудниц, с которыми он хотел бы встретиться лично, – пишет Фиона. – Всем было известно, что Файед отдавал предпочтение женщинам за прилавками с парфюмерией и косметикой и, как утверждается, предлагал повышение и наличные тем, кто привлекал его внимание. Я никогда не сталкивалась с ним напрямую; ближе всего я повстречала его в продуктовом отделе, где меня ненадолго разместили за прилавком с сыром. Когда он проходил мимо со своей свитой, мне хотелось думать, что сильный запах камамбера создавал для меня стену защиты».

Однако, по воспоминаниям Стерджес, в Harrods царила культура угроз и женоненавистничества. Это было место, где мужчины-работники чувствовали себя вправе преследовать коллег-женщин, считая их законной добычей: «Атмосфера была больше похожа на 1960-е, чем на 1990-е: на нас постоянно пялились, насмехались и подвергали ощупыванию. Мои коллеги-женщины и я быстро научились входить в кухонные помещения боком, делая походку краба спиной к стене, чтобы не попасть в засаду мужчин, пытающихся потрогать нас, пока у нас заняты руки. Такое поведение было широко распространено и стало нормой, то есть нам некому было пожаловаться. Поэтому мы стиснули зубы, держали глаза открытыми и продолжали работать».

Фиона подчеркивает важность понимания культуры, которая позволяет мужчинам совершать чудовищные вещи и продолжать избегать наказания. Есть причины, по которым женщины молчат об этом: они знают, что их заклеймят как высокомерных или проблемных, понизят в должности или уволят. И все это из-за чужой бестактности и вашего желания работать без домогательств.

«Так зачем же поднимать этот вопрос сейчас, когда Файед мертв и не может быть привлечен к ответственности? – задает вопрос журналистка и сама на него отвечает. – Ответ, как всегда в таких случаях, – сила. Женщины, выступавшие против Файеда, не имели ни единого шанса против живого миллиардера с целой армией адвокатов в его распоряжении, хотя некоторые и пытались».

Как показало движение #MeToo, есть сила в том, чтобы рассказывать все эти истории постфактум и разоблачать обидчиков и учреждения, которые тех защищали. Это не только помогает жертвам смириться с ужасом того, что с ними произошло, но и может вдохновить других в похожих ситуациях высказаться и, где это возможно, прекратить такое поведение. Рассказывание прошлых историй о насилии может побудить компании и учреждения создать системы для сообщений о случаях неправомерного поведения и их серьезного восприятия. Прежде всего, это посылает сообщение сексуальным хищникам и их пособникам о том, что действия имеют последствия, что женщины теперь имеют голос и больше не хотят жить в мире, где могущественные мужчины могут безнаказанно на них охотиться.

После обвинений, громко прозвучавших этой осенью, бывший менеджер женской команды «Фулхэм» заявил, что футболистки были «защищены» от владельца клуба после того, как персоналу «стало известно», что миллиардер питал слабость к «молодым светловолосым девушкам». Гауте Хаугенес, который руководил командой с 2001 по 2003 год, рассказал, что обвинения не стали «самым большим сюрпризом»: «Мы знали, что ему нравятся молодые блондинки. Поэтому мы просто следили за тем, чтобы такие ситуации не возникали. Мы защищали игроков».

Известно, что руководство «Фулхэм» попыталось установить, «затронула ли кого-либо в клубе ситуация». Тех, кто столкнулся с предполагаемыми нарушениями в клубе или располагает соответствующей информацией, настоятельно попросили связаться с менеджерами или полицией.

Лиза Нэнди, министерка культуры, заявила, что рада, что «Фулхэм» проводит расследование: «Слишком часто в таких случаях мы видим, что учреждения пытаются отстраниться и защитить себя вместо того, чтобы быть открытыми и прозрачными». По ее словам, этот случай подчеркнул необходимость защиты людей на рабочем месте от злоупотреблений со стороны влиятельных лиц.

На пресс-конференции адвокаты, представляющие потерпевших, заявили о подозрении, что жертв было гораздо больше в других местах, где работал Файед. «Куда бы он ни пошел, там будут жертвы», – отметила адвокатесса Мария Мулла. Ее коллега Брюс Драммонд заявил, что после выхода документального фильма и специального радиоэфира поступило 150 «новых запросов». Он описал это как, вероятно, «худший случай корпоративной сексуальной эксплуатации молодых женщин, который… когда-либо видел мир». Драммонд добавил, что от действий Аль-Файеда пострадали не только британки, но и женщины из США, Канады, Малайзии, Дубая и Франции. «Мы все еще расследуем и изучаем все новые поступающие запросы и решаем, какой формат лучше всего подходит для их дальнейшей разработки», – отметил юрист.

Бывшая работница Harrods, пожелавшая остаться неизвестной, раскритиковала компанию за заявление о том, что действия Файеда были действиями отдельного человека: «В то время в Harrods были люди, которые были пособниками, и они так же виновны, как и Аль-Файед, потому что они были не просто пассивными наблюдателями. Они на самом деле помогали отправлять одну девушку за другой в полный кошмар».

Женщина, которая, по ее словам, работала в универмаге на младшей должности, рассказала, как однажды ее вызвали в офис Файеда: «Мы зашли в маленькую заднюю комнату, только он и я, и он сказал мне: «Приходи работать в мой офис, один год здесь, и ты сможешь стать байером». Когда она вежливо объяснила, что счастлива там, где находится, он, по ее словам, взял ее за руку и спросил, есть ли у нее парень. Затем он сообщил ей, что он ее парень, поцеловал в лоб и вручил ей 300 фунтов наличными. Он сказал ей подумать о предложении о работе и вернуться на следующей неделе. Позже она вернула деньги в его офис в конверте вместе с вежливым письмом об отказе от работы.

После того, как она описала эту встречу своему непосредственному руководителю-мужчине, он «отмахнулся» и сказал ей: «Просто он такой». Когда вскоре после этого она написала заявление на увольнение, ее вызвали в кабинет Файеда, чтобы объяснить, почему она уходит. Это очевидно было «довольно резкой реакцией, учитывая, насколько она была младше и ее легко заменить». Сейчас женщина говорит, что ее опыт «кажется абсолютным ничто» по сравнению с некоторыми из душераздирающих показаний, которые женщины дали за последнее время: «Но я думаю, что это важно как часть построения доказательств модели поведения».

Как пишет издание Observer, паутина страха, сплетенная бывшим главой Harrods, показывает, что люди с деньгами и властью продолжают представлять проблему. Деньги и власть позволяли мужчинам во все времена избегать наказания за самые ужасные злоупотребления и держать их в тайне. Огромное количество обвинений в сексуализироанном насилии и домогательствах, выдвинутых женщинами в сентябре 2024 года против Мохаммеда Аль-Файеда, рисует картину институционального запугивания и сокрытия, которая выходит далеко за рамки ужасного поведения, в котором обвиняется миллиардер.

Женщины боялись говорить о том, что с ними произошло, не только пока он был жив и мог предстать перед судом, но и после его смерти. Только благодаря кропотливому журналистскому расследованию эти многочисленные истории увидели свет. Однако даже спустя год после смерти Файеда многие из пострадавших явно боятся говорить с репортерами. По словам продюсера документального фильма, некоторые из женщин, к которым они обращались, были обеспокоены тем, что журналисты могли тайно работать на его сообщников. Им потребовалась огромная смелость, чтобы выступить с заявлением.

То, что сеть страха, которую сплел Файед, все еще существует сегодня, спустя семь лет после того, как к движению #MeToo присоединились женщины из разных слоев общества, выступившие с обвинениями в изнасилованиях и сексуализированном насилии, показывает, насколько могущественными могут быть деньги и власть. В том числе в СМИ работали группы людей, которые прокладывали путь Файеду, чтобы нападать на женщин, а затем скрывать это. Однако даже когда информация просачивалась в публичное поле, ему все сходило с рук. Лишь однажды полиция удосужилась допросить миллиардера всерьез.

В публикации Observer подчеркивается, что, когда бы ни всплывали ужасные события прошлого, соблазн всегда заключается в том, чтобы рассматривать их как часть истории, мол, такие вещи не могли бы произойти сегодня. Но если бы миллиардер сегодня нападал на сотрудниц, имея в своем распоряжении все свои ресурсы, мог бы он избежать наказания? То, что ответ на этот вопрос «весьма возможно», должно всех нас отрезвить.

Журналист Генри Портер, бывший редактор британского Vanity Fair, который вынужден был в середине 1990-х противостоять иску Файеда о клевете, говорит, что знает троих женщин, которые не согласились участвовать в документальном фильме. Он также отмечает, что «Файед относился к Harrods как к своему феодальному мини-владению, где он имел право на любую сотрудницу, которую видел на камерах видеонаблюдения или встречал в универмаге».

Вспоминая о том допросе в полиции, Портер говорит, что было много доказательств, и лишь однажды полиция всерьез допросила миллиардера после того, как на него пожаловалась юная помощница из Harrods. В то время ей было пятнадцать, а ему почти восемьдесят. Полиция передала эту историю журналистам, что оказало большое давление на девушку и ее семью. Обвинения с Файеда были сняты, потому что девочка не могла точно вспомнить день, когда произошло нападение. Почему эта маленькая ошибка стала основанием для отказа в возбуждении дела о нападении на несовершеннолетнюю на рабочем месте, можно только догадываться.

«С 1995 по 1997 год я и адвокат Дэвид Хупер из Biddle & Co расследовали дело Файеда, который подал в суд на Vanity Fair и нашу репортерку Морин Орт из-за профайла, в котором утверждалось, что он был серийным насильником и расистом, шпионил за своими сотрудниками, прослушивая их телефоны и используя скрытые камеры», – рассказывает Генри Портер.

К лету 1997 года они собрали достаточно доказательств по этим трем направлениям и были уверены в хорошем исходе суда. Файед был, действительно, ярым расистом: в одном случае, о котором сообщил бывший начальник его службы безопасности Боб Лофтус, миллиардер спросил об уборщице в Harrods: «Что здесь делает эта гребаная черная женщина, которая слишком толстая, чтобы убирать?»

Команда также нашла доказательства, что он использовал бывших полицейских, чтобы устанавливать жучки в домах и на телефонах своих жертв. У расследователей был список из примерно 45 человек, чьи телефоны прослушивались, включая заместителя Аль-Файеда Кристофа Беттермана. Кроме того, миллиардер использовал систему видеонаблюдения, чтобы обнаруживать вероятных жертв на этажах Harrods и шпионить за своими ближайшими коллегами. По словам Лофтуса, Файед наблюдал за одним из сотрудников, у которого был роман с его секретаршей, и показывал видео всем.

«Доказательства поступали быстро и обильно, но по пути нам пришлось бороться с мошенничеством и угрозами, придуманными службой безопасности Файеда из бывших полицейских. Мы постоянно беспокоились о наших свидетелях, – вспоминает Портер. – Были телефонные угрозы и визиты от бывших полицейских, которые предупреждали молодых женщин, что они больше никогда не будут работать, и даже хуже. Были попытки подогнать Хупера и меня под уголовные обвинения. Все это было обычным делом для Файеда, что объясняет, почему так много женщин в документальном фильме все еще, спустя год после его смерти, боятся говорить… Невозможно смотреть фильм и не видеть непреходящую боль их переживаний».

После того, как более ста женщин заявили, что подверглись изнасилованию или нападению со стороны египетского магната, магазин класса люкс Harrods заявил, что начал проверку и напрямую связался со Скотленд-Ярдом. Жертвы призвали ключевых сотрудников и соратников Файеда раскрыть то, что им известно о предполагаемом насилии, которое, как утверждается, продолжалось несколько десятилетий.

В заявлении Harrods говорится: «В рамках нашей комплексной проверки проводится постоянная внутренняя проверка (при поддержке внешнего юриста), в том числе проверка того, был ли кто-либо из нынешних сотрудников прямо или косвенно замешан в каких-либо обвинениях. Кроме того, совет директоров Harrods создал неисполнительный комитет совета директоров для дальнейшего рассмотрения вопросов, вытекающих из обвинений. Harrods также находится в прямом контакте с полицией Лондона, чтобы гарантировать, что мы предлагаем нашу помощь в любых их соответствующих расследованиях».

Это произошло после того, как адвокаты, представляющие интересы женщин, обвиняющих Файеда в преступлениях, включая изнасилования, описали схему обеления репутации, созданную Harrods. Адвокат Брюс Драммонд заявил, что у него есть опасения по поводу попытки компании напрямую связаться с жертвами, и указал на то, что нынешний управляющий директор магазина Майкл Уорд был назначен Файедом еще в 2005 году. Юрист подчеркнул: «Майкл Уорд должен четко понимать, что он знал тогда, и не должен иметь ничего общего с общением с жертвами сегодня. Это полный конфликт интересов для Harrods, когда они говорят, что у них есть внутренний процесс для решения этого скандала. Они знали в течение многих лет о систематических злоупотреблениях, которые имели место, и решили действовать, только когда узнали, что обвинения будут обнародованы. Harrods не может проверять свою домашнюю работу. Они пытаются обелить весь этот процесс. Если они серьезно настроены исправить ошибки прошлого, они должны предоставить пострадавшим независимую консультацию».

Известно, что за последние полтора года Harrods урегулировал ряд дел и не пытался заключать соглашения о неразглашении. Во времена Файеда был достигнут ряд аналогичных соглашений о неразглашении информации, однако магазин заявляет, что не собирается обеспечивать соблюдение условий этих соглашений сегодня.

Одна из предполагаемых жертв Файеда, интересы которой представляет фирма Leigh Day, заявила, что, по ее мнению, также должно быть проведено публичное расследование неспособности компании остановить Файеда: «Я принимаю к сведению признание Harrods, что он подвел своих сотрудников и создает схему компенсации пострадавшим. Хотя компенсация является одним из важных элементов ответственности, на протяжении десятилетий именно деньги обеспечивали торговлю людьми Аль-Файеда. Одни деньги не могут исправить это. Злоупотребления, которым подвергались те, кто работал в Harrods, продолжались годами и затрагивали других, включая сотрудников службы безопасности и отдела кадров, медицинских работников и других. Мохаммед Аль-Файед умер, не будучи привлеченным к ответственности, но все равно должны быть ответственность и справедливость, чтобы гарантировать, что это не повторится».

Бывший генеральный директор Harrods Джеймс Макартур заявил, что был свидетелем «отвратительного» поведения Мохаммеда Аль-Файеда, но не сексуализированного насилия. Занимая высокий пост в течение, по его словам, «самых неприятных десяти месяцев» в 2008 году, он ничего не знал.

«Хотя поведение Файеда часто было отвратительным во многих отношениях, а профессиональные отношения с ним были в значительной степени неблагополучными, я не знал о каком-либо сексуализированном насилии с его стороны. Если бы я знал, я бы принял меры», – сообщил Макартур. Кроме того, он отметил, что ему ничего не известно о расследовании столичной полиции в отношении Файеда по факту предполагаемого нападения на пятнадцатилетнюю девочку: «Я в полном ужасе от подробностей обвинений, которые так смело были обнародованы. Мое сердце с жертвами Файеда, и я очень надеюсь, что они получат справедливость и успокоение, которых они ищут».

Марина Хайд, обозревательница издания Guardian, написала колонку, посвященную армиям пособников, которые всегда стоят за каждым Аль-Файедом или Пи Дидди. «Свита» – слишком слабое слово для этой разношерстной команды силовиков, укрывателей, экспертов по соглашениям о неразглашении и кризисных пиарщиков», – пишет журналистка.

«Промышленный комплекс секс-кейсов – это место, где у каждого есть своя работа, целое взаимосвязанное коррумпированное общество, которое регулярно вступает в контакт с реальным обществом – скучным местом правил и границ, – но только для того, чтобы взять то, что оно хочет, и снова вернуться в беззаконный эфир. Harrods Мохаммеда Аль-Файеда был таким же, согласно многочисленным обвинениям. Еще в 1998 году Генри Портер писал о некоторых следственных стычках с людьми Файеда, заявляя, что у него «осталось жуткое чувство, что мы имеем дело с иностранной силой: феодом, который, несмотря на свое реальное расположение в Найтсбридже, действовал совершенно независимо от остальной Британии, со своей собственной службой безопасности, вооруженной полицией и тираном во главе». Он был прав, как и все те, кого закрыла машина Дидди в последние годы. Мы все еще живем в мире Неверлендов могущественных мужчин», – метко подчеркивает Марина Хайд.

Женщины, утверждающие, что подверглись сексуализированному насилию со стороны Мохаммеда Аль-Файеда, призвали провести расследование того, почему врачи подвергали их и других сотрудниц Harrods обследованиям на предмет сексуального здоровья, прежде чем предоставить результаты компании. Пострадавшие призвали Генеральный медицинский совет провести расследование в отношении докторов, которые проверяли персонал Файеда на наличие заболеваний, передающихся половым путем, перед тем, как он совершал или пытался совершить насилие над ними.

Наташа, о которой упоминалось ранее, говорит, что ее отправили на медицинское обследование к докторке Энн Коксон, и та подвергла ее гинекологическому осмотру и тестированию на СПИД и ЗППП без ее согласия. Женщина заявила: «К Энн Коксон есть вопросы по поводу медицинских обследований, которые она провела от имени Мохаммеда Аль-Файеда. Обследования, проведенные доктором Коксон, были навязчивыми и совершенно ненужными. Они также привели к тому, что конфиденциальная медицинская информация многих сотрудниц была ненадлежащим образом распространена в Harrods, включая мою собственную. Этого не должно было случиться. Мы подадим официальную жалобу в Генеральный медицинский совет и ожидаем, что они проведут расследование».

Журналисты-расследователи называют имена двух врачей – Энн Коксон и Венди Снелл, – которые предположительно проводили гинекологические тесты и обследования сексуального здоровья женщин, работавших в офисе Файеда. Снелл умерла в 2022 году, а Коксон был отправлен соответствующий запрос на комментарий, которого пока что не последовало.

Представитель медицинского совета заявил: «Предполагаемое сексуализированное насилие, совершенное Мохаммедом Аль-Файедом в отношении нескольких женщин, ужасает. Обвинения, касающиеся медицинского персонала, работающего на мистера Аль-Файеда, вызывают глубокую обеспокоенность. Если мы выявим какие-либо потенциальные проблемы с пригодностью к практике в отношении отдельных врачей, мы тщательно изучим всю соответствующую информацию и примем соответствующие меры».

По словам Генри Портера, бывшего редактора Vanity Fair, который расследовал дело Файеда в течение многих лет, обследования проводили по меньшей мере пять врачей из Вест-Энда. Юридическая фирма Leigh Day, представляющая интересы некоторых женщин из этого дела, заявляет, что врачи, которые проводили тесты, должны быть расследованы.

Тамара, работавшая личной помощницей Файеда в начале 1990-х, рассказывает: «Нам сказали пройти медицинское обследование у доктора Энн Коксон на Харли-стрит… Между врачом и пациентом все должно быть конфиденциально. Она, конечно, не пошла на это». Женщина утверждает, что Файед столкнулся с ней с бутылкой дезинфицирующего средства в руке и спросил: «С кем ты трахалась?» Она утверждает, что Файед видел медицинское заключение Коксон, в котором говорилось, что она заразилась венерическим заболеванием. Тамара также сообщила, что позже миллиардер пытался изнасиловать ее.

«Я думаю, что врач, который проводил мне лечение, должен понести ответственность за предоставление Мохаммеду информации, которую он использовал, чтобы воспользоваться нами», – говорит женщина в документальном фильме.

Энн Коксон опровергла информацию о проведении тестов на сексуальное здоровье среди сотрудниц Harrods. На вопрос журналистов, заданный ей на одной из улиц Лондона, она ответила «нет» и повторила этот ответ, когда ее спросили, сожалеет ли она о том, что работала на Аль-Файеда.

К концу сентября 2024 года стало очевидно, что это дело настолько большое, что его точно не удастся замять. И надо же, лондонская полиция начала понемногу шевелиться, ведь впереди у нее непростой период, когда придется объяснять, почему при жизни Файед избегал наказания. По данным столичных полицейских, в период с 2005 по 2023 год к ним поступили жалобы от девятнадцати женщин, включая три заявления об изнасиловании, пятнадцать заявлений о сексуализированном насилии и одно заявление, связанное с торговлей людьми. Как утверждается полицией, пять раз она обращалась в Королевскую прокурорскую службу, включая два случая 2009 и 2015 года, когда были переданы полные пакеты доказательств. Никаких дальнейших действий в отношении Файеда предпринято не было.

Джен, которая проработала в Harrods четыре с половиной года, присоединившись к элитному магазину в Найтсбридже в качестве стажерки в 1986 году, утверждает, что за это время Файед неоднократно приставал к ней и совершал сексуализированные нападения, а однажды даже придушил ее. По ее словам, все началось с того, что он «дразнил» ее дилдо, которое хранил на своем столе, а затем это переросло в предполагаемую попытку изнасилования в квартире Файеда на Парк-лейн. Женщина не говорила об этом ни слова своей семье до конца сентября 2024 года. Файед был монстром, говорит она сегодня, однако не его смерть убедила ее, что теперь можно безопасно пообщаться с юристами. Решающим моментом стало известие о смерти Джона Макнамары.

«Просто знание того, что этого человека больше нет, что этот человек больше не может причинить тебе вреда, – говорит Джен. – Он знал, что Мохаммед делает с нами, и подчищал часть этой грязи, чтобы убедиться, что она не пойдет дальше».

Макнамара, бывший заместитель начальника отдела по борьбе с мошенничеством Скотленд-Ярда, отвечавший за отдел по борьбе с коррупцией в государственном секторе, был правой рукой Файеда. Он всегда был рядом с ним, хранитель секретов, преданный своему боссу.

В 1987 году Файед нанял его на должность директора по безопасности после того, как Макнамара вышел на пенсию в возрасте 51 года в звании старшего суперинтенданта следственного отдела. В 1994 году его повысили до должности ответственного за обеспечение безопасности Файеда, и он применил свои знания в области скрытого наблюдения и множества других темных искусств для борьбы с врагами своего босса, о чем свидетельствуют судебные документы и его собственные признания на парламентских слушаниях, связанных с утверждениями о том, что Файед выплачивал наличные депутату Нилу Гамильтону в обмен на представительство в парламенте.

Именно Макнамаре Файед поручил доказать правдивость теорий заговора о смерти Дианы, принцессы Уэльской, и его сына Доди Файеда. На официальном дознании коронера Макнамара признался во лжи о том, сколько алкоголя выпил шофер Анри Поль в ночь их смерти в августе 1997 года.

Когда Эрмина да Силва, португальская няня детей Мохаммеда Аль-Файеда, заявила, что не будет молчать об увольнении за то, что она отвергла агрессивные домогательства своего работодателя, именно Макнамара заверил своих подчиненных, что женщину скоро арестуют. И она была арестована за кражу имущества из квартиры брата Файеда на Парк-лейн. Позже ее отпустили без предъявления обвинений и выплатили компенсацию в размере 12 000 фунтов стерлингов.

Макнамаре было поручено опровергнуть статью о Файеде в Vanity Fair в 1995 году, а затем преследовать журналистов и источники, стоящие за ней. Сегодня многие женщины говорят, что именно Макнамара пытался сломить их волю к высказываниям.

Файед заметил Джен через несколько недель после ее прихода в магазин, когда она была на стажировке в «управленческом блоке» на пятом этаже. «За эти четыре с половиной года я сначала подверглась домогательствам и психологическому насилию, а затем сексуализированным атакам и попыткам изнасилования», – говорит женщина, которая пришла в компанию, когда ей было шестнадцать. Она не сомневается, что Макнамара все знал: «Он был очень холоден и довольно прямолинеен. Были моменты, когда он видел меня в слезах или выходящую из кабинета Мохаммеда в состоянии опьянения».

Файед предоставил Джен квартиру на Парк-лейн. Все сотрудники считали, что их телефоны прослушиваются, а регулярная замена пленки в камерах в офисах людьми Макнамары давала им понять, что в здании ничто не остается незамеченным. Джен обнаружила, что Файед также наблюдает за ней в квартире, когда он позвонил ей после того, как она только что вышла из ванны: «У меня были проблемы со спиной, поэтому я лежала на кровати, закинув ноги на стену, и я была голая. Телефон стоял у моей кровати, я подняла трубку, и он просто сказал: «Почему ты так лежишь?». Мне стало просто холодно».

Она начала искать новое место работы, но однажды, когда пришла в универмаг, ей сказали пойти в кабинет одного из помощников Файеда, где ее также ждал Макнамара. «Они сказали: «Мы понимаем, что ты была нелояльна, и мы знаем, что ты ищешь другую работу. Никто не выбирает, когда уйти с работы Мохаммеда; он выбирает, когда вы уходите. Итак, что мы сейчас сделаем, так это то, что ты напишешь заявление об увольнении. Мы скажем тебе, что написать, ты это напишешь и уйдешь сегодня, и все».

По словам Джен, охранники вывели ее из магазина и швырнули на тротуар, «как преступницу». Она рассказала, что ее следующий опыт общения с Макнамарой произошел после того, как она согласилась анонимно поговорить с журналисткой Морин Орт, которая писала разоблачительную статью для Vanity Fair: «Я работала в отеле, и мне совершенно неожиданно позвонил Джон Макнамара. Он сказал: «Я знаю, что ты разговариваешь с Морин Орт. Так что это просто телефонный звонок, чтобы напомнить тебе, что, когда ты вышла из Harrods, ты не должна говорить о Мохаммеде Аль-Файеде. И если ты решишься это сделать, я хотел бы напомнить тебе, что знаю, где живут твои родители, и знаю, где живешь ты. И не будет ли обидно, если что-то случится с ними или с тобой». И он повесил трубку».

Когда в прошлом году продюсеру Майку Рэдфорду предложили снять документальный фильм о преступлениях Мохаммеда Аль-Файеда, он выразил опасение, что, возможно, не стоит подвергать женщин травме, заставляя рассказывать об их испытаниях на камеру: «Если бы мы не доказали, что его преступления носили самый серьезный характер, была бы опасность, что публика могла бы пожать плечами и сказать: «Ну, мы и так это знаем».

Однако после того, как в сентябре фильм «Аль-Файед: Хищник в Harrods» все-таки вышел, более 200 женщин выступили с заявлениями. Полиция пообещала расследовать, были ли у миллиардера сообщники. Через пару недель после выхода фильма Омар Файед, 37-летний сын бизнесмена, опубликовал заявление, в котором сказал, что был в ужасе от «масштаба и явного характера обвинений» против своего отца, которые, по его словам, «поставили под вопрос мою любящую память о нем». «Как это дело могло скрываться так долго и столькими способами, вызывает еще больше тревожных вопросов», – добавил Омар.

Интересно, что вопросы у мужчины и властей стали возникать только сейчас, ведь истории о хищническом поведении Файеда по отношению к молодым женщинам были известны с середины 1990-х. На лондонской Флит-стрит, где размещаются главные судебные учреждения Великобритании и информационные агентства, никогда не было ни общественного возмущения, ни большой заинтересованности.

Журнал Vanity Fair был привлечен к ответственности после того, как в 1995 году написал об инвазивных медицинских обследованиях, которым подвергались женщины, и о том, как Файед гонялся за секретаршами по всему офису и «пытался засовывать деньги в женские блузки». Позже стороны урегулировали дело. Никакого ущерба не было выплачено на том основании, что Vanity Fair согласилась поместить все доказательства в запертое хранилище, а Файед с радостью пошел и купил футбольный клуб «Фулхэм».

Несанкционированная биография Файеда, написанная Томом Бауэром в 1998 году, была основана на обвинениях Vanity Fair. Автор рассказал, что молодые женщины подвергались сексуализированному насилию, и их затыкали пачками пятидесятифунтовых купюр. Однако это не оказало никакого или почти никакого влияния на национальные газеты. Токсичный мир Файеда продолжал вращаться.

В 2008 году криминальный корреспондент Мартин Смит сообщил, что Файед находится под следствием за сексуализированное насилие над пятнадцатилетней девочкой. Однако редакция убрала из текста имя главного героя, и в статье миллиардер описывается как «старший руководитель Harrods». Как известно, и само дело сошло на нет на том основании, что жертва запуталась в дате нападения.

По словам Дэвида Хупера, адвоката по делам о клевете, работавшего с Портером, издание Vanity Fair отчасти решило пойти на урегулирование дела о клевете из сочувствия после смерти Дианы, принцессы Уэльской, и сына Аль-Файеда Доди. Это травмирующее событие обеспечило миллиардеру некоторое прикрытие от пристального внимания. При этом уровень слежки и преследований женщин-жертв со стороны начальника службы безопасности Файеда Джона Макнамары был настолько велик, что СМИ не могли бы сделать ставку на то, что их свидетели останутся верны своим принципам и будут готовы повторить заявления в суде. Страх перед Макнамарой был настолько велик, что одна из жертв переехала в подвал Портера.

Бауэр же рассказал, что получил зловещий звонок от главы службы безопасности правителя Дубая, который был одним из источников для его книги. «Он сказал: «У меня плохая новость, хорошая новость и плохая новость». Первая плохая новость заключалась в том, что Макнамара искал в Лондоне кого-нибудь, кто сломал бы мне пальцы, чтобы я не смог написать книгу. Хорошей новостью было то, что он потерпел неудачу, а второй плохой новостью было то, что теперь он ищет в Ливерпуле», – говорит автор.

Однако была и мягкая сила. У Harrods был огромный рекламный бюджет, к которому газеты и журналы не хотели терять доступ. К тому же у Майкла Коула, который работал пиар-менеджером Аль-Файеда с 1988 по 1998 год, были прекрасные отношения с высокопоставленными представителями СМИ. Все они наслаждались хорошими обедами и корзинами из Harrods. Сам Коул получал щедрую плату за свои усилия. Предполагается, что его зарплата составляла миллион фунтов стерлингов.

В начале октября 2024 года в адрес сотрудников Скотленд-Ярда прозвучали первые прямые обвинениями в том, что коррумпированные полицейские помогали Мохаммеду Аль-Файеду преследовать его подчиненных. По словам бывшего начальника службы безопасности универмага, одному из полицейских, обвиняемому в регулярном получении взяток за исполнение желаний миллиардера, для облегчения его незаконной работы тайно передали мобильный телефон из Harrods.

Отдельно утверждается, что старший командир столичной полиции получал большие корзины из Harrods «всякий раз, когда оказывал особенно большую помощь», а Файед описывается как «изобретательный» в использовании полиции для доступа к конфиденциальным записям в Национальном полицейском компьютере.

Представитель столичной полиции заявил: «Мы проводим полную проверку всех существующих обвинений, о которых нам сообщили в отношении Аль-Файеда, чтобы убедиться, что не возникнет никаких новых направлений расследования на основе новой информации, которая появилась. Это включает в себя взаимодействие с Директоратом профессиональных стандартов, где это необходимо».

Обвинения в коррупции в полиции содержатся в 52-страничном письменном заявлении, составленном еще в 1997 году Бобом Лофтусом, работавшим под руководством Макнамары в Harrods с 1987 по 1996 год. Сегодня 83-летний Лофтус не дает официальных комментариев из-за плохого состояния здоровья, но семидесятилетний Имон Койл, его заместитель, заявил, что признает содержащиеся в заявлении обвинения правдивыми: «Я знал, что там был ручной полицейский. Он находился под прямым контролем Макнамары. Он был на связи. Он был на зарплате». Койл также добавил, что, по общему мнению, Макнамара имел значительное влияние в Скотленд-Ярде на уровне командиров.

«Были некоторые командиры, с которыми он регулярно общался, и я предполагаю, что когда были найдены решения для различных проблем, он обращался к ним за помощью. Боб доверился мне, потому что мы были в шоке, знаете ли, от того, что это могло произойти. Знаете, это была просто неотъемлемая часть услуг, которые он оказывал Файеду», – говорит Имон Койл.

К 10 октября 2024 года еще 65 женщин обратились к авторам сериала с заявлениями о насилии со стороны Мохаммеда Аль-Файеда, при этом самый ранний случай датируется 1977 годом и произошел в Дубае. При этом 37 из этих женщин заявили, что работали в Harrods. В прошлом месяце в процессе фигурировали около 220 пострадавших, «которые чувствуют себя в безопасности, чтобы выступить» публично.

К обвинениям присоединилась Ронни Гиббонс, бывшая капитанша женской команды «Фулхэм». Она заявила, что в 2000 году подверглась домогательствам со стороны Аль-Файеда. Гиббонс, которой на тот момент было двадцать лет, рассказала, что владелец футбольного клуба насильно целовал ее, лапал и дважды запирал в комнате.

Месяц назад телеведущая и модель Бьянка Гаскойн рассказала, как Мохаммед Аль-Файед подверг ее «ужасному» сексуализированному насилию, когда она начала работать в Harrods в шестнадцать лет. 37-летняя дочь английского футболиста Пола Гаскойна заявила, что раньше не высказывалась из-за «смущения и стыда».

«Он рассказывал мне, каким плохим отцом был мой отец, потому что приходил в магазин пьяным. Он говорил мне, что он был позором, и я должна смотреть на него [Файеда] как на отца. Я просто чувствовала ложное чувство безопасности с ним, потому что я ходила в магазин с мамой и папой, и он выходил, был очень обаятельным, приносил нам подарки, был очень приветливым. Так что я буквально чувствовала себя в полной безопасности в его присутствии», – рассказала Бьянка.

По словам Гаскойн, однажды вечером Файед предложил ей остановиться в апартаментах Harrods на Парк-лейн перед рабочим рейсом: «Он появился в квартире к моему шоку. Я просто не могла в это поверить. Я была просто ошеломлена. Я была в каком-то смысле настолько контужена, что просто не знала, что делать».

«Он вошел, а затем усадил меня на диван и, очевидно, был очень настойчив в прикосновениях и поцелуях. Он вытащил свой член, взял мою руку и пытался маневрировать ею по своим частям, а когда это не сработало, он попытался заставить мою голову лечь ему на колени. Не знаю как, но мне удалось вывернуться. Думаю, возможно, то, что он знал моих родителей… Не знаю, это могло бы меня спасти в тот момент, но это было ужасно», – рассказала женщина.

На вопрос о том, почему она раньше не высказывалась о Файеде, Гаскойн ответила: «Я просто пыталась справиться с тем, с чем мне пришлось столкнуться, с тем, что происходило, потому что это было просто ужасно, и я просто не хотела терять работу в тот момент. Он сказал мне, что, если я что-нибудь скажу, то потеряю работу. Так что я просто очень испугалась. Сейчас я оглядываюсь назад и мне очень жаль себя шестнадцатилетнюю, и я хотела бы защитить ее».

Юристы Дин Армстронг, Брюс Драммонд и Мария Мулла, представляющие группу пострадавших женщин, говорят, что случай Гаскойн соответствует модели поведения, стоящей за предполагаемым насилием со стороны Аль-Файеда. Они заявили: «Когда мы пробираемся сквозь тошнотворную трясину злоупотреблений Мохамеда Аль-Файеда, объединяющей нитью для нас являются страх и стыд, которые наши выжившие пронесли с собой за годы, прошедшие с тех пор, как они стали объектом преследований и насилия».

«Другая тема, однако, это сила и мужество, которые чувствуют наши пострадавшие, когда они говорят о своем опыте. Как смело заявила сегодня наша клиентка Бьянка Гаскойн, Аль-Файед использовал Harrods в качестве приманки для привлечения и насилия, в том числе очень молодых женщин, таких как она, которой было всего шестнадцать лет, когда она стала объектом нападения», – подчеркивают адвокаты.

В конце октября 2024 года бывшие сотрудницы Harrods, подвергшиеся сексуализированному насилию со стороны Мохамеда Аль-Файеда, призвали бойкотировать роскошный магазин, поскольку к тому моменту более 400 жертв его хищнического поведения заявили о себе. Юристы сообщили, что к ним обратилась 421 женщина, большинство из них утверждают, что подверглись сексуализированному насилию или домогательствам со стороны Файеда.

Брюс Драммонд, королевский адвокат, заявил: «Это злоупотребление в промышленных масштабах, злоупотребление, которое могло быть совершено только при наличии системы, которая позволяла совершать это злоупотребление. Большинство тех, кто обращается к нам, из Великобритании, но иски против Harrods и Файеда продолжают поступать со всего мира: из Канады, Азии, Австралии, Америки и Европы».

Одна из жертв описала Harrods как «магазин, который позволил изнасиловать и подвергнуть сексуализированному насилию стольких молодых и невинных женщин… Поэтому мы не думаем, что люди должны там делать покупки. Мы считаем, что им следует пойти в другое место».

В начале ноября 2024 года семья Саманты-Джейн Рэмси заявила, что выдвинула обвинение за десять лет до того, как полиция сообщила о первой жалобе. Полиция отклонила заявление девочки-подростка в 1995 году, отметив, что добавит ее имя к стопке подобных заявлений.

Эмма Уиллс, сестра пострадавшей, рассказала, что та начала работать в отделе игрушек Harrods в возрасте семнадцати лет. Через пять дней после начала работы ее вызвали в офис Файеда и предложили повышение. На второй встрече миллиардер сказал, что ей нужно будет пройти медицинское обследование, поцеловал ее и прикоснулся неподобающим образом. Затем он вручил подростку 200 фунтов стерлингов, и она выбежала из его кабинета в слезах.

Девушка сообщила об инциденте своему непосредственному руководителю, который «просто вздохнул и сказал: «Еще одна». Вскоре после этого ее уволили. На следующий день Рэмси сообщила об инциденте в полицейский участок Мэрилебон в центре Лондона, но столичная полиция не предприняла никаких действий. Тогда семья обратилась в местный полицейский участок в Хэмпшире, где было составлено заявление и отправлено в столичную полицию. После этого семья больше ничего не услышала о деле.

Это нападение оказало пагубное воздействие на психическое здоровье Рэмси, и девушка пыталась покончить с собой. Она умерла в возрасте 28 лет, когда потеряла контроль над своей машиной и разбилась.

Эмма Уиллс рассказала: «Никто ей не поверил и ничего не сделал, и этого достаточно, чтобы свести с ума любого. Она сообщила о том, что с ней произошло тридцать лет назад, но ему разрешили продолжать еще двадцать лет. Это, должно быть, было у нее в голове. Она сделала все правильно, пытаясь заявить о случившемся, и проявила смелость и мужество, чтобы попытаться привлечь Файеда к ответственности, но никого это не заинтересовало, никто не захотел ей помочь… Если бы они разобрались с этим должным образом, скольких женщин можно было бы спасти от его насилия?»

Командир столичной полиции Стивен Клейман сказал на это: «За последние тридцать лет работа полиции претерпела неизмеримые изменения, и наши команды преобразили методы расследования изнасилований и сексуальных преступлений… Мы внесли значительные изменения и добились прогресса в обеспечении лучших результатов для жертв».

За последние пару недель стало известно, что Скотленд-Ярд передал два дела в полицейский надзорный орган после получения жалоб на проводимые полицией расследования заявлений о сексуальных преступлениях со стороны Мохаммеда Аль-Файеда. Жалобы касаются расследований 2008 и 2013 годов, в том числе качества реагирования столичной полиции, а в последнем случае того, как подробности стали достоянием общественности.

Тринадцатого ноября СМИ сообщили, что женщина, утверждающая, что ее изнасиловали и продали в рабство, когда она работала на Мохаммеда Аль-Файеда, подала иск в американский суд, чтобы обязать младшего брата миллиардера дать показания о том, что он знал о преступлениях. В заявлении, поданном в окружной суд США в Коннектикуте, утверждается, что у восьмидесятилетнего Али Файеда есть «уникальные и важные доказательства» о «более чем двадцатилетней схеме торговли людьми, в результате которой были захвачены и, как сообщается, непоправимо травмированы более ста женщин».

Заявительница утверждает, что ей было девятнадцать лет, когда она подверглась насилию во время работы в Harrods. Она добивается раскрытия информации от Али Файеда, у которого есть дом в Гринвиче, штат Коннектикут, и который является бывшим директором универмага. Судья рассмотрит ходатайство, и если оно будет одобрено, Али Файеду, возможно, придется предоставить документы и дать показания. Он не обвиняется ни в каких преступлениях.

По словам заявительницы, ее наняли продавцом в Harrods, но вскоре перевели напрямую в офис Мохаммеда Аль-Файеда, а оттуда переправили из Великобритании в США. Женщина стала объектом торговли людьми, в течение значительного периода времени подвергалась насилию и жестоким издевательствам, находясь под постоянным наблюдением. В заявлении также говорится, что медицинское обследование после ее побега подтвердило признаки физического насилия. Кроме того, женщину вынудили подписать обширное соглашение о неразглашении какой-либо информации в том числе правоохранительным органам.

«Ей угрожали и ее преследовали, и она знала, что глава службы безопасности Harrods Джон Макнамара хвастался способностью семьи справляться с полицией Лондона и совершать преступления безнаказанно. Она знала, что это правда, поскольку, пока она находилась в плену, ей показывали откровенные фотографии, которых хватило бы, чтобы заполнить коробку для обуви, на которых были изображены другие женщины или девушки, подвергавшиеся физическому и сексуализированному насилию», – говорится в заявлении.

Поддержать развитие блога можно на Boosty по ссылке.