Кто они — люди, работающие палачами сегодня: S03EP39

В апреле в издательстве Нью-Йоркского университета вышла книга «Секреты государства убийц: нерассказанная история смертельной инъекции». Ее главная задача — приподнять завесу тайны, которой власти покрывают практику наказания.

Как отмечает авторка Коринна Барретт Лейн, профессорка права в Школе права Ричмондского университета, мы уже более 45 лет живем в эпоху смертельной инъекции, и большинство людей не знают, что делают государства от их имени. Пришло время это узнать. Вот, например, что Лейн рассказала о людях, которые сегодня работают палачами.

Палач — не та работа, которую можно найти в объявлениях о вакансиях. Дети, как правило, не мечтают стать палачами, когда вырастут. Люди не обучаются в колледжах и вузах, чтобы получить эту специальность. Так как же стать палачом и работать в камере смертников в США? Кто эти люди, интересуется Коринна Лейн.

Это был вопрос, который она не могла не задать, когда работала над своей книгой о смертельной инъекции. Лейн — исследовательница смертной казни, которая пытается понять, почему власти разных штатов так плохи в процедуре, которая ежедневно применяется в отношении кошек и собак. И часть загадки заключается в том, кто проводит казни.

Мы не знаем и по большей части не можем знать, кто именно находится под капюшоном палача. Законы о государственной тайне надевают на этих санкционированных государством убийц эквивалент плаща-невидимки. Однако судебные дела и журналистские расследования раскрывают личности этих людей, позволяя хотя бы краем глаза заглянуть за завесу секретности.

Например, главный палач штата Миссури с 1995 по 2006 год — доктор Алан Дёрхофф, который ответственен за 54 из 65 казней в регионе в период с 1976 по 2006 год. Он не приводил в действие шприцы сам, это делали немедицинские тюремные охранники, однако он делал почти все остальное.

«Никто никогда не совершит столько казней, сколько я», — хвастался он позже.

Личность Дёрхоффа была раскрыта, когда адвокат осужденного заключенного проверил журналы химического диспансера тюрьмы и обнаружил, что в предыдущих казнях использовалось 2,5 грамма тиопентала натрия, препарата для анестезии. Протокол штата предусматривал пять граммов, что вдвое больше. В итоге заключенный подал в суд.

Сначала государственные служащие сообщили судье, что журналы химического диспансера содержали ошибки. Однако на следующий день они сделали другое заявление, чтобы «извиниться перед судом и сторонами за предоставление неверной информации». Данные оказались корректными, а количество вводимого тиопентала натрия было нарушено.

Обеспокоенный этими данными, суд разрешил адвокатам заключенного провести ограниченный допрос главного палача штата. Тот заявил под присягой, что у него были проблемы со смешиванием препаратов, «поэтому сейчас мы все еще импровизируем». Он также сказал, что «иногда путает цифры». Он объяснил: «Я дислексик. Поэтому для меня не редкость делать ошибки». Отметим в скобках, что позже Дёрхофф признался, что у него нет дислексии, он просто иногда путает цифры.

Власти Миссури решили встать на сторону своего палача и заявили суду, что уверены в его компетентности и планируют продолжать использовать его в будущих казнях. Но суд отклонил заверения штата, написав, что «серьезно обеспокоен тем, что врач, который несет исключительную ответственность за правильное смешивание препаратов, отвечающих за гуманное прекращение жизни осужденных заключенных, имеет состояние, которое вызывает у него путаницу в отношении цифр».

Затем штат подал апелляцию, а вскоре журналистские расследования раскрыли личность Дёрхоффа. Так, Джереми Колер из St. Louis Post-Dispatch опубликовал эту историю в январе 2008 года, а вместе с ней произошло еще одно шокирующее открытие. Дёрхоффа более двадцати раз судили за врачебную халатность, из-за чего его медицинские привилегии были отозваны в двух больницах. Дёрхофф также получил публичный выговор от медицинской комиссии штата за то, что скрывал иски о врачебной халатности от больниц, где практиковал.

Как оказалось, все это было известно генеральному прокурору Миссури, когда он заверил суд в профессиональной компетентности Дёрхоффа. После устных прений штат отозвал апелляцию. В следующем году региональный законодательный орган принял закон, гласящий: «Человек не имеет права сознательно разглашать личность нынешнего или бывшего члена группы, осуществляющей казни». Это разрешило штрафные санкции за нарушения.

«Их ответом на то, что общественность узнала о некомпетентности врача, стало то, что они сделали невозможным установление личности этого врача», — заявил представитель Американского союза защиты гражданских свобод.

Не имея больше возможности служить палачом в Миссури, Дёрхофф устроился в местную компанию, специализирующуюся на удалении волос. Но главное — он начал работать палачом в федеральном правительстве и по крайней мере еще одном штате. Так, власти Аризоны знали о решении суда первой инстанции в Миссури и фактах, стоящих за ним, но все равно наняли Дёрхоффа. Он провел казнь для штата в 2007 году, всего через несколько месяцев после того, как ему запретили это в Миссури.

Когда адвокаты узнали об участии Дёрхоффа, следующие в очереди на казнь в Аризоне заключенные подали в суд. Штат урегулировал этот иск в 2009 году, согласившись на ряд изменений в своем протоколе смертельных инъекций, включая формальные проверки биографий и лицензий своих палачей. Но в ходе судебного разбирательства адвокаты заключенных обнаружили, что Дёрхофф был не единственным палачом, которому не положено проводить казни.

Одним из трех палачей Аризоны был член медицинской бригады №3, который когда-то работал медбратом, но его лицензию приостановили. На момент судебного разбирательства его род занятий заключался в управлении бизнесом по продаже бытовой техники в другом штате. Личность палача неизвестна, но суд отметил, что его арестовывали несколько раз, «в том числе три раза за десять дней в Аризоне за вождение в нетрезвом виде в 2007 году».

Власти заверили, что со внедрением новой системы скрининга суд может быть уверен, что впредь штат будет использовать только лицензированный медицинский персонал. Но в 2011 году Аризону снова вызвали в федеральный суд, поскольку она не выполнила своего обещания.

Директор тюрьмы признался в проведении пяти казней палачом, у которого вообще не было никакой медицинской лицензии (о чем директор знал). Кроме того, чиновники не провели требуемую проверку криминального прошлого служащего. Если бы они это сделали, то узнали, что член бригады был обвинен в вождении в нетрезвом виде в 2008 году, в нахождении в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте в 2000 году и подделке чека ранее.

Палач был тюремным охранником, который ранее служил санитаром в армии. Позже он заявил, что его единственной проверкой был телефонный звонок от надзирателя, «спросившего, знает ли он, как поставить капельницу и не возникнет ли у него проблем с этим во время казни». Ему не задавали никаких других вопросов, и на тот момент он не ставил капельницу уже пятнадцать лет. На бумаге Аризона добросовестно проверяла членов своей команды для казней, но на самом деле штат ничего подобного не делал.

Миссури и Аризона — не единственные штаты, где открытие информации о палачах подняло серьезные вопросы о тщательности и компетентности, с которыми они выбираются. В 2006 году федеральный суд отменил протокол смертельной инъекции в Калифорнии, основанный частично на «непоследовательной и ненадежной проверке членов команды для казней».

Один из таких служащих, ответственный за хранение смертельных инъекционных препаратов, был наказан за контрабанду наркотиков в Сан-Квентин до того, как присоединился к группе. Двое других были арестованы за вождение в нетрезвом виде. Один страдал от депрессии и посттравматического стрессового расстройства. Еще один находился в двухмесячном отпуске по болезни из-за драки с заключенным.

Суд в Калифорнии также отметил «крайне тревожное» исчезновение тиопентала натрия, который якобы был взят из тюремной аптеки в учебных целях, но так и не был ни использован, ни возвращен. «Эти обстоятельства могут потребовать расследования соответствующего правоохранительного органа», — отметил суд. В Калифорнии государственные палачи также стали главными подозреваемыми в потенциальном уголовном расследовании.

Федеральное правительство оказалось не лучше штатов в этом отношении. Оно не только наняло Дёрхоффа после того, как ему запретили служить палачом в Миссури, но и наняло для казней медбрата Тимоти Маквея, которому были предъявлены обвинения в преследовании с отягчающими обстоятельствами и в порче имущества первой степени. Медбрат якобы разбил лобовое стекло и фары автомобиля мужчины, который встречался с его бывшей женой. Он также переехал его почтовый ящик, разбил окна в его доме и оставил голосовые сообщения с угрозами сжечь его дом и снести ему «[ругательство] голову».

Федеральные чиновники знали о судимостях, когда нанимали Маквея на работу, так как медбрат находился на испытательном сроке и должен был получить разрешение от своего инспектора по надзору за условно-досрочным освобождением, чтобы покинуть штат. Пока департамент рассматривал этот запрос, инспектор пробации сообщил: «Мне кажется странным, что мы сознательно позволяем преступнику, находящемуся под активным надзором, участвовать в процессе исполнения приговора на любом уровне». Однако разрешение было предоставлено.

«Если об этом узнают СМИ, это будет крайне проблематично для медбрата и всего отделения», — написал во внутренней служебной записке администратор, подтвердивший запрос на выезд из штата.

Судебные разбирательства по поводу смертельных инъекций также выявили очевидно неподходящих палачей и в других штатах. В Мэриленде, например, обнаружилось, что один из членов команды по исполнению казней был уволен местным полицейским управлением и обвинен в отравлении нескольких соседских собак. Другой палач был отстранен от службы за то, что плевал в еду заключенным.

В Теннесси судебный процесс показал, что член команды казни дважды признал себя виновным в хранении контролируемого вещества и пропустил одну из казней, поскольку находился на стационарном лечении. Это было в 2007 году. В 2021-м врач-палач из Теннесси заявил, что отказался от своей хирургической аккредитации из-за «слишком большого количества исков о врачебной халатности», которых, по его же оценкам, было не менее десяти.

Это только те палачи, о которых стало известно. Однако примеры являются леденящим душу указанием на палачей, о личностях которых никто ничего не знает.

В 2023 году бывший глава исправительного департамента Оклахомы заявил законодательному комитету, что тюремные сотрудники, которым поручено приводить в исполнение смертные приговоры, являются «одними из самых низкооплачиваемых государственных служащих в правительстве». В казнях, как и везде, вы получаете то, за что платите. Даже когда в процессе номинально участвует врач, люди, непосредственно вводящие препараты, как правило, являются тюремными служащими низшего звена.

Большинство палачей говорят, что просто влились в эту работу. Появилась возможность, и у них были свои причины сказать «да». Для тюремных охранников это может быть необходимым шагом для продвижения по служебной лестнице. Врачи также склонны говорить, что просто взялись за эту роль. Сначала они согласились быть наблюдателями, но затем медицинской бригаде потребовалась помощь. Зачем смотреть, как палачи дюжину раз прокалывают заключенного в отчаянной попытке попасть в вену, когда они могут сделать это качественнее и быстрее?

Одна из причин, по которой медики соглашаются проводить процедуру, — это деньги. Врач, готовый участвовать в казни, — это драгоценный товар, и государство дорого за него платит, до 20 000 долларов за одну казнь. Пока что Коринна Лейн не знает ни одного врача, который подтвердил бы, что участвует в казнях за деньги. Однако тот факт, что на государственном убийстве можно заработать, должен чего-то стоить.

Поддержать развитие блога можно на Boosty по ссылке.