Слишком много лжи: Эрин Паттерсон подверглась перекрестному допросу в суде

Присутствующие в зале суда в четвертый и пятый дни допроса Эрин Паттерсон отмечают, что были моменты, когда обвиняемая пыталась преуменьшить значение лжи, которая наполняет ее жизнь. Зачем на роковом обеде она лгала о том, что у нее рак? Каковы причины ее неоднократного вранья свекрови о шишке на локте? Как насчет показаний, которые она дала полиции?

Прокурорка Нанетт Роджерс начала допрос с дегидратора, озвучив три утверждения о нем в течение минуты, каждое из которых завершалось вопросом: «Это была ложь?» На что Эрин Паттерсон трижды ответила: «Верно». Обсуждаемый прибор был, как ни странно, идентифицирован обвинением как орудие убийства: Паттерсон якобы использовала его преднамеренно для сушки бледных поганок, которые собрала и затем добавила в говядину Веллингтон, убившую троих родственников ее бывшего мужа.

Роджерс также спросила Паттерсон о том, говорят ли использованные ею в сообщениях о Доне и Гейл эмодзи о пренебрежительном отношении к их религии. Обвиняемая оспорила это, сказав, что некоторые из них были не эмодзи закатывания глаз, а эмодзи с линией вместо рта. У нескольких членов присяжных было такое же выражение лица.

Очевидцы допроса рассказывают, что Роджерс зачитывала вопросы из большой синей папки с двойными кольцами. Примерно через два часа прокурорка прошла лишь пятую часть страниц. В правой руке она держала карандаш, которым по ходу делала пометки. Время от времени, чтобы подчеркнуть суть вопроса, она направляла кончик карандаша в сторону Паттерсон, словно рисуя в воздухе многоточие.

Отвечая, Эрин Паттерсон периодически двигалась в кресле, слегка поворачивая его из стороны в сторону. У нее есть привычка двигать головой, прежде чем говорить: иногда слегка наклонять ее, чтобы показать, что она пытается найти нужные слова; иногда трясти ею из стороны в сторону, показывая, что она собирается ответить отрицательно, прежде чем слова действительно придут.

Периодически обвиняемая демонстрировала напористость, отвечая такими фразами: «Я не могу отрицать то, чего не было, верно?» или «Не могли бы вы повторить это еще раз, пожалуйста, я запуталась в двойном отрицании». Паттерсон ни разу не сказала, что другие свидетели лгали, но дала понять, что не согласна с их показаниями. Это в том числе касалось показаний Йена Уилкинсона, который смог выжить после отравления на обеде.

Допрос Эрин Паттерсон продолжился в пятницу, 7 июня 2025 года. В этот день она рассказала о моменте, когда осознала, что ее могут обвинить в причинении вреда родственникам мужа. Это произошло еще до их смерти. Согласно данным показаниям, в это время она находилась в палате больницы Монаш наедине с бывшим мужем Саймоном, а двое их детей вышли, чтобы купить еды в торговом автомате. В этот момент мужчина спросил ее: «Ты что, отравила моих родителей с помощью этого дегидратора?»

Это было первое августа 2023 года, через три дня после того, как Паттерсон подала говядину Веллингтон своим свекрам, Дону и Гейл Паттерсон, сестре Гейл Хизер Уилкинсон и ее мужу Йену. К концу недели трое из них умерли, а Йен оставался в критическом состоянии.

Ранее в своих показаниях Саймон отрицал, что спрашивал бывшую жену о дегидраторе. Однако адвокат Колин Мэнди спросил свою клиентку: «Заставил ли вас этот комментарий Саймона задуматься о том, что могло быть в еде?»

«Это заставило меня много думать о многих вещах, да… Это заставило меня много размышлять о том, что могло бы произойти», — ответила Паттерсон.

Женщину выписали из больницы в тот же день и, по ее словам, она чувствовала себя напуганной и ответственной. Обвиняемая рассказала, что обнаружила в кладовой сушеные грибы, купленные у азиатского бакалейщика, а также сушеные грибы, которые собрала сама, а затем высушила в дегидраторе. Мэнди спросил ее: «Можете ли вы объяснить нам, что пришло вам в голову тогда, о чем вы думали?»

«Это заставило меня задуматься обо всех случаях, когда я использовала дегидратор… и о том, как я сушила в нем собранные грибы несколько недель назад. Я начала думать: «А что, если бы они попали в контейнер с китайскими грибами? Может быть, может быть, так и было. Я чувствовала страх. Ответственность. Действительно беспокоилась, потому что была задействована защита детей, и Саймон, похоже, считал, что, возможно, это было сделано намеренно, и я просто, я просто очень испугалась», — рассказала Эрин Паттерсон.

Сотрудники службы защиты детей должны были посетить ее дом в Леонгате второго августа, на следующий день после выписки из больницы. После того, как она отвезла детей в школу тем утром, она выбросила дегидратор на местную свалку. Позже полиция нашла его, а затем на приборе обнаружились отпечатки пальцев Паттерсон и следы бледной поганки.

«В тот день ко мне домой приходили представители службы защиты детей, и я боялась разговора, который мог пойти о еде и дегидраторе. Я просто боялась, что они обвинят в этом меня. В том, что они заболели. Я боялась, что они заберут детей», — сообщила обвиняемая суду.

Теперь перед присяжными встал вопрос о том, как рассматривать действия и ложь Паттерсон в связи с ее объяснениями. Обвинение должно доказать, что несчастного случая не было: Паттерсон намеревалась положить бледную поганку в говядину Веллингтон с намерением убить или причинить серьезный вред своим гостям. Главная прокурорка Нанетт Роджерс спросила обвиняемую, почему она никому не рассказала о своем выводе о том, что в еде могли быть ядовитые грибы, которые она могла собрать сама.

Роджерс также спросила Паттерсон о фотографиях, найденных на изъятых полицией устройствах, на которых были изображены нарезанные грибы в дегидраторе и на электронных весах. Ранее доктор Том Мэй, эксперт по грибам, сообщил суду, что на фотографиях могут быть бледные поганки. Роджерс спросила Паттерсон, взвешивала ли она их, чтобы рассчитать смертельную дозу для человека. На что обвиняемая ответила отрицательно.

Прокурорка также заявила, что Эрин Паттерсон пригласила гостей на обед «под предлогом того, что у нее диагностировали рак, и ей нужен был совет о том, как сообщить об этом детям». Паттерсон согласилась, что у нее никогда не было рака.

Роджерс также отметила, что обвиняемая не употребляла бледную поганку во время обеда, а затем притворилась, что страдает той же болезнью, что и ее гости, чтобы скрыть факт намеренного отравления. По словам обвинительницы, это можно объяснить тем, «что она не хотела проходить лечение от отравления бледной поганкой». Паттерсон оспорила это, но сказала, что после обеда съела значительное количество торта. Это соответствует предыдущим свидетельствам о том, что у нее были проблемы с перееданием, начиная с двадцати лет. Из-за десерта ее вырвало всей съеденной пищей.

Обвинение также утверждало, что Паттерсон не кормила детей остатками отравленной говядины Веллингтон, поэтому не хотела, чтобы они проходили медицинское обследование. Обвиняемая отрицала, что приготовила две партии блюда, и заявила, что дети просто убрали грибы из своих порций.

Паттерсон также не согласилась с тем, что она ни разу не спросила, как себя чувствуют гости обеда, хотя знала, что они нездоровы. Роджерс же намекнула, что обвиняемая не проявила заботы о тех, кого, по ее словам, любила.

Суд продолжается. Эрин Паттерсон продолжит давать показания во вторник, 10 июня 2025 года.

Так как приближается срок оплаты хостинга, призываю вас поучаствовать в этом донатом по ссылке.