Почему каждый год на Хэллоуин начинается паника отравленных сладостей

Осенью 1982 года сильный страх поселился практически в каждом доме Чикаго. Пока местные дети готовились совершить рейд по соседям для вымогательства сладостей, их родители опасались таких угощений. Конфеты и прочие вкусности могли быть отравлены или содержать лезвия…

По этому поводу даже выступила мэрша Джейн Бирн, которая призвала жителей к крайней осторожности и бдительности в Хэллоуин и добавила, что, если бы у нее были дети, этим вечером она не позволила им принимать съедобные подарки.

Постепенно страх распространился по всей стране. Губернатор штата Нью-Джерси Томас Кин подписал законопроект, предусматривающий обязательное шестимесячное тюремное заключение для любого, кто ранее был уличен в раздаче отравленных конфет. Патрик Фиорилли, мэр Вайнленда в этом же штате, ввел полный запрет на сладости. Больницы готовились проводить рентген детям, которые ели конфеты на Хэллоуин.

По мнению социолога Джоэла Беста, вызвавшая панику угроза была столь же реальной, как и призраки с ведьмами, которых изображали дети, бродящие по округе и звонящие в дверные звонки.

«Все, что я могу сказать, это то, что я не знаю ни одного случая, когда ребенок был убит хэллоуинским отравителем, – говорит Бест. – Я видел пять новостей, в которых смерть объяснялась отравлением на Хэллоуин. В одном случае это был собственный отец ребенка, а все остальные четыре были отозваны».

Будучи автором книги «Дети под угрозой» (1990) и соавтором многолетнего исследования сообщений о зараженных хэллоуинских конфетах (с 1958), профессор социологии Университета Делавэра, возможно, является ведущим национальным экспертом по «садизму Хэллоуина», который определяют как раздачу детям отравленных угощений. Однако еще до того, как термин был придуман в 1974 году, американские родители уже десятилетиями боялись загадочного и психически неуравновешенного конфетного убийцы, несмотря на отсутствие подтверждающих доказательств.

Для Беста, который ежегодно обновляет свой отчет, начиная с 1980-х, каждый сентябрь начинается сезон тревожных сообщений: «В те годы, когда что-то происходит в сентябре, всегда возникает сильное беспокойство. После одиннадцатого сентября количество сообщений об отравленных конфетах возросло. Всякий раз, когда незадолго до Хэллоуина происходит что-то тревожное, мне звонят больше».

Действительно, в сентябре 1982 года в Чикаго произошло нечто очень тревожное, но это не имело никакого отношения к Хэллоуину, конфетам или другим сладостям. В конце месяца семь внешне здоровых жителей города внезапно и необъяснимо скончались. Вскоре власти выявили общий фактор: все жертвы перед внезапной смертью приняли капсулы сверхсильного тайленола. Токсикологические исследования показали, что кто-то открыл упаковки и заменил их содержимое смертельными дозами цианида. По сей день никому не предъявлено обвинение в этом преступлении.

Конечно, это было очень тревожное событие, и производители препарата быстро приняли соответствующие меры. Компания Johnson & Johnson инициировала беспрецедентный массовый отзыв сверхсильного тайленола, изъяв из продажи 31 миллион упаковок. Кроме того, в скором времени была разработана ​​новая упаковка, защищенная от несанкционированного доступа. Однако страх перед испорченными конфетами оказался очень живучим.

Джоэл Бест, который утверждает, что на Хэллоуин дети с гораздо большей вероятностью пострадают от автомобилей, чем от отравленных лакомств, продолжает разоблачать фейковые заявления. Из примерно двухсот сообщений о садизме на Хэллоуин, которые он оценил, подавляющее большинство развалилось при более внимательном рассмотрении. Многие иголки в яблоках и отравленные лакомства оказались подделкой, а в некоторых случаях дети сами устраивали розыгрыш, возможно, чтобы привлечь внимание.

«Моей любимой историей такого рода была история о том, как ребенок откусил шоколадный батончик и сказал родителям: «Я думаю, в этом шоколадном батончике есть муравьиный яд». Шоколадный батончик проанализировали, и, действительно, в нем был муравьиный яд, но он был на конце шоколадного батончика, от которого ребенок не откусил». Позже мальчик признался, что сам отравил шоколадку».

В аналогичном случае ребенок, утверждавший, что нашел булавку в своих сладостях, заставил родителей обвинить в этом соседа. После двадцати лет неловких отношений с семьей, которая проживала по соседству, ставший к тому времени взрослым обманщик признался, что сам подкинул булавку.

В тех немногих трагических случаях, когда умирали дети, причина не была связана с сумасшедшим убийцей. Когда восьмилетний Тимоти О’Брайан умер после употребления отравленной порошковой конфеты «Пикси Стикс», виновник жил с ним прямо под одной крышей. Рональд О’Брайан, отец Тимоти, намеревался получить деньги за страховку сына.

Из всех сообщений о смерти детей в результате садизма на Хэллоуин, ни одно не выдержало проверки. Тем не менее, когда наступает 31 октября, полицейские участки, больницы и местные новостные агентства продолжают распространять предупреждения о том, как «защитить детей от отравленных конфет». Некоторые полицейские управления и больницы еще больше подтверждают этот миф, выпуская предупреждающие пресс-релизы или предлагая проверять конфеты. Так почему же этот страх продолжает существовать и процветать даже при отсутствии доказательств, подтверждающих его?

«Это, прежде всего, забота о защите детей», – говорит Джоэл Бест, который классифицирует садизм на Хэллоуин как современную городскую легенду: «Когда вы думаете об этом, дети – это ходячее и говорящее будущее. Поэтому, когда мы беспокоимся о будущем нашего общества, мы можем выразить это, сказав: «Мы должны защитить наших детей».

По мнению социолога, страх перед отравленными или испорченными конфетами на Хэллоуин стал показателем вполне обоснованных социальных тревог. В современном мире, полном надвигающихся угроз (перенаселение, изменение климата, экономический коллапс, пандемия, политическая нестабильность, выход из-под контроля технологий), полезно иметь возможность направить эти страхи в менее деструктивное русло. Перекладывая свои тревоги на управляемое ежегодное мероприятие, люди могут избавиться от чувства беспомощности.

«Если задуматься, садизм на Хэллоуин – это лучшая вещь в мире, о которой стоит беспокоиться, – заявляет Бест. – В вашем районе есть кто-то настолько сумасшедший, что будет травить маленьких детей наугад. И тем не менее, он настолько сумасшедший, что сделает это только в одну ночь в году. Итак, 1 ноября вы просыпаетесь, осматриваете стол с завтраком и считаете носы. Если все еще здесь, вы можете сказать: «Хорошо, нам не придется беспокоиться об этом еще 364 дня».

Различные формы этого мифа существовали задолго до паники по поводу тайленола в 1982 году. Хотя Бест отслеживает это явление с 1958-го, фольклористка Элизабет Такер отметила аналогичные темы в других легендах, таких как кровавый навет – миф, пропитанный антисемитизмом, в котором евреи обвиняются в похищении христианских детей для использования в незаконных ритуалах.

«Существовало множество версий этих легенд о том, что самые уязвимые и драгоценные члены нашей семьи подвергаются воздействию опасных людей, незнакомцев и тех, кто отличается от нас», – поясняет Такер, профессорка Бингемтонского университета.

На протяжении десятилетий садизм Хэллоуина адаптировался к меняющимся страхам. Тревога по поводу наркокультуры 1960-х и 1970-х годов переросла в ужас перед сумасшедшими хиппи, пропитывающими конфеты ЛСД, – страх, который возродился с легализацией марихуаны в 2014-м. Страх перед конфетами на Хэллоуин, содержащими наркотики, еще больше усилился в 2022 году после сообщений в новостях о «радужном фентаниле» – форме наркотика, вызывающего сильное привыкание, выпускаемого в ярких цветах.

СМИ чаще всего мало что делают для того, чтобы развеять опасения по поводу садизма на Хэллоуин. Какими бы пугающими ни были отравления тайленолом в Чикаго в 1982 году, у родителей тогда была причина успокоиться. Быстрое реагирование Johnson & Johnson на чрезвычайную ситуацию было названо журналом Time «моделью эффективного управления корпоративными кризисами». Кроме того, эти отравления не имели никакого отношения к хэллоуинским конфетам.

Тем не менее, даже уважаемые издания вроде The New York Times выступают с паникерскими статьями, предупреждающими родителей об опасностях Хэллоуина. По словам Элизабет Такер, как тогда, так и сейчас подтверждение этого страха прессой, и особенно авторитетными фигурами, вероятно, укрепляет легенду: «Полиция – это авторитетные лица, люди, которые следят за законностью и порядком. Люди, которым мы доверяем. Мы надеемся, что они сообщат нам, если возникнут проблемы. Так что, если полиция активно проверяет детские конфеты и поощряет детей приходить к ним, это серьезный повод для продолжения легенды».

Департамент шерифа округа Грин в штате Огайо – один из полицейских департаментов, который продолжает проводить ежегодную проверку детских конфет на Хэллоуин. Сержант Крис Мур поясняет: «Мы делаем это в качестве общественной услуги для тех, у кого есть страх или беспокойство. Это позволяет нам успокоить родителей тем, что конфеты были проверены на наличие посторонних предметов».

Накануне праздника Элизабет Такер посетила магазин Spirit Halloween, оценив выставленные товары глазами фольклориста. То, что она наблюдала, было «настоящей сводкой текущих социальных страхов». Ученая обнаружила целый раздел венецианских противочумных масок, недавняя популярность которых скорее всего связана с пандемией Covid-19. Но самым запоминающимся для Такер были футболки с кроваво-красными надписями: «Всегда проверяйте свои конфеты». Они отсылают к фильму-слэшеру 2007 года Trick’r Treat – «Кошелек или жизнь», в котором рассказывается о сумасшедшем отравителе конфет.

«Хотя с точки зрения кино это было довольно плохо, первая сцена определенно отражает идею о том, как незнакомцы отравляют конфеты. Директор местной школы кормит некоторых фокусников отравленными конфетами, а затем убивает их и закапывает на заднем дворе… Интересно видеть, что этот страх перед отравленными конфетами стал товаром среди дорогих нарядов для Хэллоуина. Люди находят способы опираться на убеждения и страхи и превращают их в продукт, за которым выстраиваются в очередь… Я все равно купила эту футболку. Я просто очень ее хотела», – рассказала Такер.

Задолго до серии отравлений тайленолом, в 1959 году дантист Уильям Шайн давал детям слабительное вместо сладостей. В итоге заболели тридцать детей, но все выздоровели, а доктора-шутника арестовали. В последующие годы после этого СМИ начали рассказывать об отравителях на Хэллоуин и угрозах детям, ввергая родителей в ужас. В 1970 году странным образом повела себя газета The New York Times, опубликовавшая все способы добавления в лакомства ядов. Are you v porjadke?

Может ли быть, что именно популяризация городской легенды заставила ментально нездоровую Хелен Пфейл раздавать детям вместо конфет пуговицы, собачьи галеты, средство от вредителей? Арестованная женщина заявила, что проделывала это лишь с теми детьми, которые, по ее мнению, были слишком взрослыми, чтобы их баловать. Тогда тоже никто не пострадал и не умер.

А вот пятилетний Кевин Тостон впал в кому и умер после того, как съел сладости с добавлением героина. Правда, потом выяснилось, что это было прикрытием его семьи, члены которой опасались обвинений в пренебрежении своими обязанностями после того, как мальчик обнаружил запас наркотика у своего дяди и успел проглотить его часть.

В конце отмечу, что накануне Хэллоуина речь не всегда идет лишь об отравленных конфетах. Некоторые родители верят, что их детям могут сделать временную татуировку с примесью ЛСД.

Поддержать развитие блога можно на Boosty по ссылке.