Семьи жертв Джека Потрошителя призвали раскрыть личность убийцы. Кем были убитые и как жили: S02EP30

Потомки некоторых жертв Джека Потрошителя призвали власти возобновить расследование в отношении одного из самых известных серийных убийц после появления новых доказательств. Личность мужчины, ответственного за убийство по меньшей мере пяти женщин в Восточном Лондоне в 1888-1892 годах, по-прежнему окутана тайной, а имя Джек Потрошитель ему дала пресса.

Сегодня считается, что убийца связан со смертями пяти секс-работниц; большинство жертв были изуродованы, кроме одной. Последние убедительные доказательства указывают на Аарона Косминского, польского парикмахера, который был подозреваемым в первоначальном расследовании XIX века. Однако мужчине так и не были предъявлены обвинения.

В 2007 году автор книги «Называя Джека Потрошителя» Рассел Эдвардс приобрел шаль, предположительно найденную на месте убийства Кэтрин Эддоус. Анализ ДНК следов крови на шали, проведенный преподавателем Ливерпульского университета Джона Мурса доктором Яри Лоуэланиненом, показал совпадение с ДНК Карен Миллер, прапрапраправнучки Эддоус. Кроме того, ДНК из пятен спермы на шали совпала с ДНК потомка Космински, что позволило Эдвардсу объявить парикмахера убийцей в 2014 году.

Сейчас Рассел Эдвардс нанял команду юристов, чтобы добиться официального расследования убийств. Инициатива получила поддержку потомков жертв. В одном из интервью Карен Миллер отметила: «Как насчет настоящего имени человека, который это сделал? Если бы настоящее лицо было юридически названо в суде, который может рассмотреть все доказательства, это было бы формой правосудия для жертв. У нас есть доказательства, теперь нам нужно это расследование, чтобы юридически назвать убийцу. Для меня, для моей семьи, для многих людей было бы очень важно, чтобы это преступление наконец было раскрыто».

Некоторые считают, что Джек Потрошитель был хирургом или мясником, другие называют его сумасшедшим, существуют версии, что убийца был принцем, художником или даже призраком. Он терроризировал Лондон почти 140 лет назад и по сей день остается лишь темной тенью, вызывающей страх. Однако для пяти женщин Джек Потрошитель не был легендарным призраком или персонажем из детективного романа. Он стал человеком, который ужасным образом оборвал их жизни. В своей книге «Пять жизней» историкеса Хэлли Рубенхольд отмечает: «Джек Потрошитель был реальным человеком, который убивал реальных людей. Он не был легендой».

Кем были эти женщины? Они имели имена: Мэри Энн «Полли» Николс, Энни Чэпмен, Элизабет Страйд, Кэтрин Эддоус и Мэри Джейн Келли. У них также были надежды, любимые, друзья и в некоторых случаях дети. Их жизни, каждая из которых уникальна, рассказывают историю Лондона XIX века — города, который вытолкнул их на обочину и уделял им мертвым больше внимания, чем живым.

Не все их истории начинались в Лондоне, но закончились там, в многолюдном углу мегаполиса, известном как Уайтчепел в районе в Ист-Энд. «Вероятно, нет такого зрелища во всем мире, как это огромное, заброшенное, забытое великое место Восточного Лондона», — писал Уолтер Бессант в своем романе «Все виды и состояния людей» в 1882 году.

Брошенное население Уайтчепела состояло из беднейших жителей города. Иммигранты, временные рабочие, семьи, одинокие женщины, воры — все они теснились в переполненных многоквартирных домах, трущобах и работных домах. По словам историкесы Джудит Валковиц, «к 1880-м годам Уайтчепел стал олицетворением социальных недугов «изгоев Лондона», места, где грех и бедность смешивались в викторианском воображении, шокируя средний класс».

Уайтчепел превратился в место ужаса, когда ранним утром 31 августа 1888 года на темной улице было обнаружено безжизненное изуродованное тело Полли Николс. Она стала первой из пяти известных жертв Джека Потрошителя. В течение следующего месяца на улицах Ист-Энда были найдены тела еще трех женщин, они были убиты похожим образом: им перерезали горло и в большинстве случаев вспороли живот. У некоторых жертв были удалены органы. Пятое убийство произошло девятого ноября, когда Потрошитель расправился с Мэри Джейн Келли с такой жестокостью, что ее было почти невозможно узнать.

Эта так называемая осень террора повергла Уайтчепел да и весь город в панику, а таинственная личность серийного убийцы только усилила драматизм. Пресса раздула сенсацию из поразительно ужасных убийств, смакуя подробности жизней убитых.

Хотя эти женщины навсегда связаны способом смерти, у них есть еще что-то общее: они были одними из самых уязвимых жительниц задворок викторианского Лондона. Им приходилось влачить жизнь в Ист-Энде, скитаясь по работным домам, перебиваясь случайными заработками и закладывая свои немногие пожитки, чтобы позволить себе ночлежку. Если им не удавалось наскрести денег, они спали просто на улице.

«Никого вообще не волновало, кем были эти женщины. Их жизнь была невероятно опасной», — говорит Хэлли Рубенхольд.

Полли Николс хорошо знала, что такое прекарность. Родившись в 1845 году, она воплотила викторианский идеал настоящей женственности, став женой в восемнадцать лет. Но родив пятерых детей, она в конечном итоге ушла от мужа из-за подозрений в его неверности. Алкоголь стал для нее и опорой, и проклятием в последние годы жизни.

Алкоголь также ускорил отчуждение Энни Чэпмен от того, что считалось респектабельной жизнью. Она родилась в 1840 году и провела большую часть своей жизни в Лондоне и Беркшире. Выйдя замуж за кучера Джона Чэпмена в 1869 году, Энни заняла место в высшем эшелоне рабочего класса. Однако ее пристрастие к спиртному и потеря детей разрушили семейную жизнь, и Энни оказалась в Ист-Энде.

Элизабет Страйд, родившаяся в Швеции, была иммигранткой, как и тысячи других, живших в Ист-Энде. Родившись в 1843 году, она приехала в Англию, когда ей было 22 года. В Лондоне Страйд снова и снова переосмысливала себя, успев побывать женой и владелицей кофейни.

Кэтрин Эддоус, родившаяся в Вулверхэмптоне в 1842 году и переехавшая в Лондон в детстве, потеряла обоих родителей к пятнадцати годам. Большую часть своей взрослой жизни она провела с одним мужчиной, который был отцом ее детей. Перед убийством она только что вернулась в Лондон после сбора хмеля в Кенте, популярного летнего ритуала лондонцев из рабочего класса.

В свои 25 лет Мэри Джейн Келли была самой молодой и самой загадочной из жертв Потрошителя. Она, как сообщается, утверждала, что приехала из Ирландии и Уэльса, прежде чем обосноваться в Лондоне. У нее была небольшая роскошь, которой не было у других, она снимала комнату с кроватью. И эта постель стала местом ее убийства.

Давнее убеждение, что все эти женщины были секс-работницами, является мифом. Известно, что только двое — Страйд и Келли — занимались секс-работой. Тот факт, что всех их сразу же окрестили «проститутками», подчеркивает, как викторианцы относились к бедным и бездомным женщинам. Отчуждение от общества происходило системно, хотя, как отмечает Рубенхольд, «так жило большинство».

Эти женщины имели «сильное чувство личности». По словам биографа Роберта Хьюма, друзья и соседи описывали их как «трудолюбивых», «веселых» и «очень чистых». Они жили, любили, существовали, пока совершенно внезапно темной ночью 1888 года их не стало.

Обнаружение тела Энни Чэпмен восьмого сентября усилило панику в Лондоне, поскольку ее раны напоминали шокирующую жестокость убийства Полли Николс несколькими днями ранее. Следователи поняли, что, скорее всего, оба преступления совершил один и тот же убийца, и он все еще на свободе. Кого он атакует в следующий раз?

В конце сентября в Центральное бюро новостей Лондона пришло письмо, в котором утверждалось, что оно от убийцы. Послание было подписано «Джек Потрошитель». Газеты по всему городу подхватили это имя, и освещение в прессе убийств в Уайтчепеле достигло апогея. Издания балансировали на грани между фактом и вымыслом, затаив дыхание перечисляя каждую ужасную деталь преступлений и с дикой страстью размышляя о личности убийцы.

Этот импульс сохраняется и сегодня: и кабинетные детективы, и профессиональные следователи выдвигают бесконечный ряд подозреваемых, среди которых художник Уолтер Сикерт, писатель Льюис Кэрролл, моряк Карл Фейгенбаум и Аарон Космински, парикмахер из Ист-Энда. Продолжающееся увлечение разоблачением убийцы увековечивает «идею, что Джек Потрошитель — это игра». Хэлли Рубенхольд видит параллели между геймификацией убийств в Уайтчепеле и современной одержимостью трукраймом.

«Когда мы подходим к настоящему преступлению, большую часть времени мы рассматриваем его так, будто это легенда, как будто это нереально, как будто это не случалось с реальными людьми. Эти преступления продолжаются и сегодня, и мы по-прежнему не интересуемся жертвами», — сетует Рубенхольд. Однако стоит отметить, что многие трукрайм-подкасетры вызывают уважение, делая акцент именно на жертвах преступлений.

Убийства в Уайтчепеле остаются нераскрытыми спустя 137 лет, и Хэлли Рубенхольд верит, что это никогда не изменится: «Мы не найдем ничего, что однозначно скажет нам, кто такой Джек Потрошитель». Однако эти убийства много рассказывают о ценностях и XIX, и XXI века.

В конце позапрошлого столетия иностранному путешественнику достаточно было провести день, осматривая достопримечательности Лондона, чтобы почувствовать волнение от мощи Англии. В Вестминстере здание парламента с гордостью провозгласило британское мировое господство, а в Букингемском дворце королева Виктория олицетворяла золотой век нации. Двигаясь вдоль Темзы до самого моря мимо многочисленных кораблей купцов и Королевского флота, гости Лондона могли своими глазами увидеть грозную морскую мощь крупнейшей империи, которую когда-либо знал мир.

Но не все было хорошо в столице. В романе Джозефа Конрада 1899 года «Сердце тьмы» Лондон описывается как «одно из темных мест на земле». Шумной толпе на роскошных улицах Вест-Энда это описание могло показаться неуместным, но всего в трех милях к востоку, в районе Уайтчепел, болезни, алкоголь и нищета опустошали тысячи жизней. Это было место, которое, как сообщала Лондонская епархия, «так же неизведанно, как Тимбукту».

Итак, тайна Джека Потрошителя началась 31 августа 1888 года, когда на улице Уайтчепела было найдено тело мертвой женщины. Ее горло было перерезано, а живот распорот. Три месяца спустя, когда то, что стало известно как осень ужаса, закончилось, еще четыре женщины подверглись этой кошмарной участи. Убийства наэлектризовали Англию. Богатые лондонцы были внезапно вынуждены обратить внимание на опасный мир, находящийся у них под боком. По мере того, как охота на неопознанного убийцу затягивалась, зажиточное викторианское общество, начиная с самой королевы Виктории, становилось одержимым этим делом. Джек Потрошитель стал олицетворением предрассудков и страхов лондонского общества.

Антисемиты использовали убийцу, чтобы опорочить евреев Ист-Энда. Бедняки обвиняли богатых, богачи — бедных. Ужасная судьба пяти женщин стала пищей для растущей сенсационной прессы, в то время как общественные активисты ухватились за дело, чтобы потребовать облегчения городской бедности. Прежде всего, дело Потрошителя обнажило неприятную иронию: в самом центре города, который гордился распространением Pax Britannica по всему миру, убийца разгуливал на свободе, и власти не могли его остановить.

Как говорилось выше, в конце XIX века жизнь женщин из низшего класса была трудной. Многие из них работали за мизерную плату в качестве домашней прислуги или в потогонных цехах. Их дневной заработок часто означал, что у них есть место для сна ночью: этих трех-четырех пенсов хватало, чтобы оплатить кровать в одном из многочисленных пансионов Уайтчепела. В отчаянии женщины могли обратиться к секс-работе, и некоторые улицы Ист-Энда стали печально известными местами секс-торговли.

Когда Уайтчепел терроризировал Джек Потрошитель, здесь промышляли и другие убийцы. Серия, известная как убийства в Уайтчепеле, включила насильственные смерти одиннадцати женщин. Из этих преступлений с Потрошителем связывают пять, произошедших с августа по ноябрь 1888 года.

Обнаруженная ранним утром 31 августа, Мэри Энн Николс, также известная как Полли, была 43-летней матерью пятерых детей и первой подтвержденной жертвой Джека Потрошителя. Дочь кузнеца, она провела большую часть своей юности в различных богадельнях столицы. Брошенная мужем, она зарабатывала на жизнь работными домами, периодической секс-работой и мелким воровством. Ее имя было бы затеряно во времени, как миллионы других имен, если бы Полли не убили той августовской ночью.

Неделю спустя, восьмого сентября, незадолго до шести утра, во дворе на Ханбери-стрит было обнаружено тело Энни Чэпмен, 47-летней вдовы и матери. Ее травмы были похожи на травмы Николс, но у жертвы отсутствовали некоторые внутренние органы. В конце месяца убийца унес еще две жизни за одну ночь: 45-летней Элизабет Страйд и 46-летней Кэтрин Эддоус. Последняя официальная жертва встретила свою смерть девятого ноября 1888 года: тело 25-летней Мэри Джейн Келли было обнаружено зверски изуродованным в меблированных комнатах в Миллерс-Корт.

Все эти женщины жили в Уайтчепеле в полной нищете, что делало их уязвимыми для хищника, рыскающего по улицам.

С самого начала расследования Скотланд-Ярд был в замешательстве. Единственное, что известно наверняка о Джеке-Потрошителе, — это то, что он убивал женщин. По словам Эдмунда Рида, одного из детективов, назначенных расследовать это дело, вот единственные неоспоримые факты: все пять женщин были действующими или бывшими секс-работницами; все жертвы были из низшего класса; все жили не более чем в четверти мили друг от друга; все убийства были совершены после закрытия пабов.

К основным фактам Рида можно добавить еще одну примечательную деталь: никто никогда не слышал ни единого крика или мольбы о помощи, что необычно для столь густонаселенного района. Ни на одном из тел не было обнаружено ран, полученных при обороне, таких как порезы или синяки на руках и предплечьях. Единственное достоверное сообщение об убийце было сделано ранним утром восьмого сентября 1888 года, когда женщина увидела Энни Чэпмен в сопровождении «иностранца» среднего роста, закутанного в темный плащ. Считается, они встретились сразу после 5:30 утра, а тело жертвы было найдено полчаса спустя. Как и у остальных, на нем не было никаких признаков сопротивления, и никто не слышал криков Энни.

Другим общим аспектом всех случаев было использование убийцей ножа и его привычная манера не только убивать женщин, но и осквернять их трупы. По крайней мере, трое из его жертв были найдены с удаленными внутренними органами. Эта деталь привела в неистовство прессу того времени, волна паники прокатилась по всему Ист-Энду.

Общественное внимание возросло после 27 сентября 1888 года, когда и Центральное информационное агентство, и полиция получили письмо якобы от убийцы. Он насмехался над ними за ложный след и поклялся: «Я охочусь за шлюхами и не перестану их рвать, пока меня не поймают». Три дня спустя были найдены изуродованные тела Элизабет Страйд и Кэтрин Эддоус.

Многие считают письмо мистификацией, однако подпись в нем дала убийце прозвище. За ним последовали сотни других писем, большинство из которых были подтвержденными подделками. Несколько из них казались подлинными, включая октябрьское послание, подписанное «из ада», к которому была приложена почка предположительно одной из жертв.

После обнаружения тела Мэри Джейн Келли в ноябре врач Томас Бонд был приглашен провести вскрытие ее останков. Отчет вызывает тошноту даже сегодня. В ходе своей мрачной работы Бонд отметил сходство с четырьмя предыдущими смертями. Убийца перерезал горло жертвы от одной стороны до другой, а затем вскрыл брюшную полость. Полиция обдумывала теорию, что Потрошитель был врачом или даже хирургом, но Бонд, который кое-что знал о надрезах, отверг это. Верный своему прозвищу, убийца не был точным резчиком и не имел «даже технических знаний мясника или забойщика лошадей».

Бонд также попытался понять психологию убийцы, что стало одним из первых опытов криминального профилирования. Эксперт пришел к выводу, что Потрошителю было недостаточно просто убить, он должен был применить чрезмерное насилие к телам: «Убийца, должно быть, был человеком физической силы, большого хладнокровия и смелости». Тем не менее, заключил доктор, «вполне вероятно, что это тихий, безобидный на вид мужчина средних лет, аккуратно и респектабельно одетый».

Близость Уайтчепела к лондонским докам заставила полицию предположить, что убийцей мог быть заезжий моряк или грузчик. Во время убийств полицейское расследование сосредоточилось на местных обитателях. Среди них были Аарон Космински и Джон «Джек» Пайзер, оба из рабочего класса. Фрэнсис Тамблти был врачом-шарлатаном американского происхождения, который обладал коллекцией человеческих органов и, как сообщалось, ненавидел секс-работниц. Монтегю Джон Друитт, который был из богатой семьи, но попал в трудную ситуацию, считался сексуальным извращенцем. Северин Клосовски был отравителем, но, насколько всем было известно, не был нападающим с ножами и калечащим.

Внимание привлекла не имеющая отношения к этому полицейскому расследованию криминальная карьера отравителя Томаса Нила Крима. Он убивал молодых секс-работниц в соседнем районе Ламбет, давая им напитки со стрихнином. Говорят, когда его повесили, он успел вскрикнуть: «Я Джек…» Однако это крайне маловероятно, поскольку во время убийств Потрошителя Крим находился в Соединенных Штатах и ​​содержался в тюрьме Джолиет недалеко от Чикаго.

Жестокость убийств привела к выводу, что только внушающий страх «другой» мог совершить такое злодеяние, что привело к множеству предвзятых обвинений против людей разных национальностей и традиций. Тот факт, что Уайтчепел был домом для многих евреев, и что двое из первых подозреваемых, Пайзер и Космински, были евреями, подогревал антисемитские настроения. Пайзера считали злобным бродягой, а пресса прозвала Кожаным Фартуком. Газеты характеризовали его как еврея, а в одной статье отмечалось, что местные женщины «едины в вере в то, что он еврей или имеет еврейское происхождение».

После убийства Кэтрин Эддоус тридцатого сентября полиция обнаружила сообщение, нацарапанное мелом над тем местом, где был найден ее окровавленный фартук. Было зафиксировано несколько версий того, что именно там было написано. Один из вариантов гласит: «Евреи — это люди, которых не будут обвинять ни за что». Было выдвинуто много теорий, чтобы объяснить эти слова, но ни одной их фотографии не существует. Полиция стерла сообщение вскоре после его обнаружения, чтобы предотвратить антисемитские беспорядки.

Дела против первых подозреваемых развалились либо из-за отсутствия доказательств, либо потому, что у подозреваемых было веское алиби. Полиция подверглась все более частым нападкам в прессе, что в конечном итоге привело к отставке главы Скотланд-Ярда сэра Чарльза Уоррена. Новый ведущий следователь Мелвилл Макнагтен пользовался популярностью у общественности, но даже он не смог раскрыть преступления.

Поскольку дело Потрошителя оставалось открытым, вокруг него возникла целая индустрия. Джек Потрошитель стал темой более сотни научно-популярных книг, десятков романов, нескольких телесериалов и более двадцати фильмов. Тайна даже породила целую дисциплину рипперологию, специализирующуюся на исчерпывающих исследованиях теорий об этих убийствах.

Рипперологи собрали разнообразный список подозреваемых, который продолжает расти. От членов королевской семьи до самого скромного жителя Уайтчепела, разнообразие подозреваемых ошеломляет: Уильям Гладстон, британский премьер-министр; родственник Уинстона Черчилля; английский художник Уолтер Сикерт… Но никаких достоверных доказательств, подтверждающих эти заявления, так и не было представлено.

Еще одна теория, адаптирующая сюжет основополагающего рассказа Эдгара Аллана По 1841 года «Убийства на улице Морг», постулировала, что Потрошитель был не человеком, а обезьяной, сбежавшей из зоопарка. Возможно, одна из самых нелепых идей указывает на Чарльза Доджсона, более известного как Льюис Кэрролл, автор «Приключений Алисы в Стране чудес». В одной из книг утверждается, что расшифрованные анаграммы в его текстах раскрывают убийства. Этот аргумент был, конечно же, развенчан.

Некоторые предполагают, что подозреваемыми являются богатые врачи, включая сэра Уильяма У. Галла, личного доктора королевы Виктории. Другие указывают на Александра Педаченко, агента российской царской тайной полиции, который предположительно совершил преступления, чтобы запятнать репутацию Скотланд-Ярда. Заговор подробно описан в более позднем документе, ныне утерянном, написанном не кем иным, как Григорием Распутиным.

Среди более поздних подозреваемых американский серийный убийца Х. Х. Холмс. Известный несколькими ужасными убийствами во время Всемирной выставки в Чикаго 1893 года, он, как утверждается, был и Джеком Потрошителем. Единственное, что объединяет все эти многочисленные гипотезы, так это то, что ни одна из них не была достаточно убедительной, чтобы достичь консенсуса, необходимого для окончательного закрытия дела.

Однако бойня Потрошителя привела к некоторым позитивным социальным изменениям. Презрение к низшим классам было укоренено в мышлении высших. Вместо того чтобы рассматривать секс-работу как следствие бедности, многие обеспеченные лондонцы рассматривали «решения» этих женщин как вопрос морали, а не как вопрос выживания. Они придерживались преобладающей идеи о том, что многие оказываются на социальном дне из-за дурного характера. Ко времени убийств Потрошителя социальный дарвинизм укрепил эту идею.

Однако мало-помалу консенсус сместился в сторону борьбы с корнями бедности. Основанная в Уайтчепеле в 1860-х годах, Армия спасения уже помогала секс-работницам и пыталась отучить людей от алкоголя. Потрясенные условиями, выявленными убийствами, консерваторы начали призывать к реформам, мотивированным отчасти просвещенным эгоизмом: улучшение условий уменьшит вероятность социального бунта.

Убийства также побудили социалистов призвать к осмысленным реформам. Один из самых ярких ответов на дело Потрошителя был написан Джорджем Бернардом Шоу, который позже прославился своей сатирической пьесой «Пигмалион». В сентябре 1888 года Шоу написал в газете Star, что убийства в Уайтчепеле заставили богатых признать свое плохое обращение с бедными. Саркастически писатель высказал мнение, что убийца сделал больше для продвижения реформ, чем годы политической агитации.

«Позвольте мне прокомментировать успех убийцы из Уайтчепела в привлечении внимания на мгновение к социальному вопросу… Единственный аргумент, который трогает ваших леди и джентльмена, — это нож», — справедливо отмечал Шоу.

Поддержать развитие блога можно на Boosty по ссылке.