Кашиф Козиноглу умер в тюрьме в 2011 году. Официально от сердечного приступа. Спустя 15 лет его останки эксгумировали, и эксперты обнаружили в них высокую концентрацию сурьмы. Теперь следствие проверяет не только версию отравления, но и обстоятельства последних часов жизни бывшего сотрудника турецкой разведки.
12 ноября 2011 года бывший высокопоставленный сотрудник Национальной разведывательной организации Турции (MIT) Кашиф Козиноглу умер в тюрьме Силиври неподалеку от Стамбула. Он находился под стражей в рамках расследования дела «Эргенекон», связанного с предполагаемым заговором против правительства. Козиноглу стало плохо после физической нагрузки, его доставили в больницу, где он скончался. Причиной смерти официально назвали сердечно-сосудистое заболевание.
Первоначальная экспертиза не выявила признаков физического насилия или отравления. В заключении упоминались хроническая ишемия, утолщение стенок сердца и сужение коронарных артерий. В апреле 2012 года прокуратура закрыла расследование, не обнаружив оснований для уголовного преследования. Однако близкие Козиноглу не соглашались с версией о естественной смерти и продолжали требовать пересмотра обстоятельств произошедшего.
В 2026 году дело вновь открыли. 12 сентября по распоряжению прокуратуры Силиври могилу Козиноглу вскрыли, а останки направили на судебно-медицинское исследование. Поводом стала необходимость заново установить причину смерти и выяснить, могли ли к ней быть причастны другие люди.
В отчете Института судебной медицины Турции от 19 октября фигурирует необычная токсикологическая находка – сурьма. Это токсичный химический элемент, который применяется в том числе в промышленности. При значительном воздействии некоторые соединения сурьмы способны вызывать тяжелые нарушения работы организма, включая поражение сердечно-сосудистой системы. В образцах, взятых из останков Козиноглу, лаборатория обнаружила следующие концентрации:
- ногти – 7002 нанограмма на грамм;
- ткани – 720 нанограммов на грамм;
- волосы – 548 нанограммов на грамм;
- кости – 175 нанограммов на грамм.
При этом сурьму не нашли ни в одном из семи исследованных образцов почвы с места захоронения. Всего эксперты изучили 36 образцов. Анализ ДНК также подтвердил, что эксгумированные останки принадлежат Козиноглу: вероятность совпадения с образцами родственников составила 99,99%.
Разница между результатами анализа биологических образцов и грунта стала одним из главных поводов для новых вопросов. Она допускает, что сурьма могла попасть в организм еще при жизни Козиноглу, а не проникнуть в останки из окружающей среды после захоронения. Но это пока не доказывает ни факт отравления, ни умышленное убийство. Для окончательного вывода необходимо установить, каким образом вещество оказалось в организме, когда это произошло и могло ли оно повлиять на смерть.
Очищение ядом: краткая история сурьмы в медицине
Историю медицины можно представить как историю поиска лекарств, многие из которых были крайне сомнительными. Некоторые средства были даже хуже, чем просто сомнительными: например, прием внутрь сурьмы, которая, как мы теперь знаем, является высокотоксичным металлом.
Читать далее Очищение ядом: краткая история сурьмы в медицине
Параллельно следствие заново изучает события 12 ноября 2011 года. Один из вопросов: почему медицинская помощь пришла не сразу? По данным турецкого издания Bianet, между вызовом скорой помощи и прибытием медицинской бригады к Козиноглу прошло 29 минут 36 секунд. В ходе расследования выяснилось, что бригада, которая должна была находиться на территории тюремного комплекса, уехала в центр Силиври пообедать. Теперь следователи проверяют, могла ли задержка повлиять на исход событий.
Отдельное внимание привлекли записи камер видеонаблюдения, о которых сообщила газета Sabah. Согласно опубликованным ею сведениям, сокамерник Козиноглу Хасан Атилла Угур примерно на 14 минут выключал освещение в помещении, пока бывший разведчик ходил по камере. На других кадрах, как утверждает издание, видно, что после госпитализации Козиноглу Угур и второй сокамерник Хасан Атаман Йылдырым мыли стакан, из которого тот пил кофе. В связи с этими обстоятельствами в расследовании вновь обсуждают последнюю чашку кофе Козиноглу. Sabah обращает внимание на то, что выраженный вкус и аромат напитка могут маскировать посторонние запахи и привкус некоторых химических веществ.
Расследование уже вышло за рамки повторной экспертизы останков: процессуальные действия затронули около 30 человек, девять подозреваемых были арестованы. Среди них Али Ишгерэн, занимавший должность главного прокурора Силиври во время смерти Козиноглу, бывший сотрудник MIT Энвер Алтайлы, сотрудники тюрьмы и работники экстренной медицинской службы. Алтайлы подозревают в подстрекательстве к умышленному убийству. Двое бывших сокамерников Козиноглу, чьи действия также привлекли внимание следствия, после дачи показаний были освобождены под домашний арест.
В деле есть и еще одна необычная линия. Следователи изучали эпизоды турецкого сериала «Долина волков: Западня», вышедшие незадолго до смерти Козиноглу. В одной из серий персонаж, которого журналисты сопоставляли с бывшим разведчиком, погибает после отравления, замаскированного под сердечный приступ. Сценаристов допрашивали, однако они объясняли сходство совпадением.
Спустя 15 лет следствие пытается ответить на вопросы, которые остались после первоначального расследования: действительно ли Козиноглу умер от сердечного заболевания или на его организм воздействовало токсичное вещество? Почему медицинская бригада прибыла с задержкой? Что происходило в камере и с предметами, которыми пользовался заключенный, в последние часы его жизни? Обнаружение сурьмы стало серьезным поводом для пересмотра прежней версии, но пока не поставило точку в деле. Главный документ, которого ждут следователи, – окончательное заключение судебно-медицинского совета о причине смерти.
Поддержите меня переводом с карты по ссылке или QR-коду.
Поддержите меня донатом на Boosty.
Там же можно подписаться на ежемесячную поддержку.
Поделитесь этим постом!
Больше на Сто растений, которые нас убили
Подпишитесь, чтобы получать последние записи по электронной почте.
