Убийца дважды осужден за отравление жены антифризом. Теперь он сам требует третьего суда

Марк Йенсен дважды был признан виновным в убийстве жены. Следствие утверждало, что он отравил Джули этиленгликолем – токсичным компонентом антифриза, а затем задушил. Сейчас новый адвокат Йенсена утверждает, что на втором процессе защита не разобралась с важнейшими цифровыми доказательствами, а часть материалов, способных работать в пользу обвиняемого, могла остаться без должного внимания.

История Марка и Джули Йенсен началась 28 лет назад, но до сих пор не закончилась. 3 декабря 1998 года Джули Йенсен умерла в доме семьи в городе Кеноша, штат Висконсин. Первоначально ее смерть не была признана убийством: вскрытие не дало однозначного ответа, а дело некоторое время рассматривалось в том числе как возможное самоубийство.

Однако токсикологическое исследование обнаружило в организме Джули этиленгликоль – вещество, широко известное как компонент антифриза. Позднее следствие пришло к выводу, что она была отравлена, а затем задушена. Детективы получили и необычный цифровой след: на домашнем компьютере обнаружили поисковый запрос «ethylene glycol poisoning» – «отравление этиленгликолем», сделанный утром в день смерти Джули. Именно компьютер впоследствии стал одним из центральных элементов обвинения. Однако теперь защита утверждает, что именно экспертиза устройства могла быть интерпретирована неправильно.

Известно, что Джули заранее опасалась мужа. До смерти она сообщала знакомым и правоохранителям, что считает Марка человеком, которого следует подозревать, если с ней что-нибудь случится. Она также оставила письмо, в котором просила обратить внимание на мужа в случае своей смерти. Это письмо стало одним из важнейших доказательств обвинения.

Однако в дальнейшем возникла серьезная юридическая проблема, поскольку Джули не могла выступить в суде и ответить на вопросы защиты. Судебная история письма растянулась на годы, а его допустимость стала предметом разбирательств вплоть до Верховного суда Висконсина. В 2021 году суд подтвердил, что прежние решения об исключении определенных показаний Джули из нового процесса должны сохраняться. Поэтому второй процесс проходил уже без того письма в том виде, в каком оно использовалось в первом деле. Версия обвинения должна была опираться на совокупность других доказательств. И среди них заметное место занял компьютер.

В 2008 году Марка Йенсена признали виновным в умышленном убийстве первой степени. Обвинение утверждало, что у него был мотив: у Марка был роман с другой женщиной, а семейные отношения с Джули были крайне напряженными. Однако важную роль сыграла цифровая информация, были обнаружены многочисленные поисковые запросы, связанные с ядами и лекарственными препаратами. Кроме того, история интернет-активности за утро 3 декабря 1998 года, когда умерла женщина, была удалена. Следствие считало, что это указывает на подготовку убийства.

Однако первый приговор впоследствии был отменен. Причиной стала не экспертиза, а использование показаний Джули, которые нарушали конституционное право Йенсена на допрос свидетеля. В результате понадобился новый процесс. В феврале 2023 года Йенсена снова признали виновным, приговор был вынесен даже без спорного письма Джули. Суд назначил мужчине пожизненное заключение без возможности досрочного освобождения. Наказание осталось в силе, и Йенсен продолжает его отбывать.

Казалось бы, история закончилась. Но в сентябре 2026 года новый адвокат Йенсена Джозеф Бугни подал 89-страничное ходатайство, в котором утверждает, что защита на втором процессе допустила серьезные ошибки. Он просит суд провести специальное доказательственное слушание, известное как «слушание Махнера». В ходе такого слушания бывшие адвокаты обвиняемого могут быть вызваны и допрошены под присягой о том, как они готовили дело и почему принимали те или иные решения.

Одним из главных аргументов новой защиты стала часовая зона. На компьютере сохранились данные об интернет-поисках. Но чтобы понять, кто находился за компьютером в конкретный момент, недостаточно знать только дату. Нужно правильно интерпретировать и время. По версии нового адвоката, компьютерный эксперт обвинения Джейсон Рафф во время подготовки ко второму процессу изменил свою интерпретацию временных отметок.

Ранее следователи и эксперты исходили из того, что записи соответствуют центральному времени США. Позднее появилась версия, согласно которой временные метки нужно трактовать иначе – с учетом другого часового пояса. По утверждению защиты, это сдвигает некоторые поисковые запросы примерно на два часа. А два часа в этом деле имеют значение, потому что вопрос звучит очень просто: кто в этот момент находился дома и мог пользоваться компьютером?

Сейчас защита утверждает, что если использовать новую временную шкалу, часть поисков, которые обвинение связывало с Марком, могла происходить тогда, когда его дома не было. Иными словами, спор идет не о том, существовал ли поисковый запрос. Он, очевидно, существовал. Спор идет о том, когда именно он был сделан и кто физически мог находиться за компьютером.

Утром 3 декабря 1998 года на семейном компьютере был выполнен поиск «ethylene glycol poisoning». Этиленгликоль впоследствии обнаружили в организме Джули. Для обвинения сочетание этих двух фактов выглядело крайне важным: человек ищет информацию об отравлении этиленгликолем утром, и в тот же день его жена умирает от отравления этим веществом. Однако новая защита предлагает другой вопрос: а кто именно вводил этот запрос?

Есть и второй цифровой эпизод. С компьютера также осуществлялись поиски, связанные с никотином как ядом. Прокуратура связывала их с Марком, который курил. Защита же теперь утверждает, что эта связь может быть не такой очевидной. Согласно новому ходатайству, медицинские и телефонные записи указывают, что после соответствующей компьютерной активности Джули сама связывалась с врачом и аптекой по поводу препарата Nicotrol. Более того, по версии защиты, она просила изменить первоначально назначенную форму препарата на жидкую. Для нового адвоката это важно по одной причине: если Джули действительно занималась этими вопросами, то появляется дополнительная возможность связать ее с компьютерной активностью, которую обвинение ранее приписывало Марку.

Второй большой блок новой апелляции связан с Zip-диском – носителем информации, который еще использовался в конце 1990-х. На нем, согласно ходатайству, находились различные компьютерные файлы, в том числе материалы интернет-чатов и другие данные. На первом и втором процессах часть этих материалов использовалась для формирования картины отношений между супругами и обвинений в том, что Марк психологически преследовал Джули.

Однако нынешняя защита утверждает совершенно обратное. По ее версии, более внимательное изучение диска могло показать, что сама Джули пользовалась компьютером и могла иметь отношение как минимум к части активности, которую обвинение связывало с Марком. Защита также утверждает, что некоторые материалы могли указывать на участие Джули в создании или распространении содержимого, которое использовалось как доказательство предполагаемой кампании преследования.

Это очень серьезное утверждение. Если адвокат сможет доказать, что существовали материалы, способные существенно изменить трактовку цифровых доказательств, возникает уже не просто вопрос о плохой работе защиты. Возникает вопрос о том, были ли у обвиняемого вообще все материалы, имеющие значение для его защиты.

В ходатайстве фигурирует еще один важный юридический аргумент, так называемое нарушение Брэди. Название происходит от дела Верховного суда США «Брэди против Мэриленда». Суть принципа в упрощенном виде такова: обвинение не должно скрывать от защиты существенные доказательства, которые могут работать в пользу обвиняемого. Новая защита утверждает, что материалы с Zip-диска могли содержать именно такую информацию, но государство якобы не обозначило ее значение для защиты должным образом. Если это удастся доказать, речь будет идти уже не только о том, насколько хорошо работали адвокаты Йенсена. В таком случае появится отдельный вопрос к действиям стороны обвинения.

В итоге получается парадоксальная ситуация. Первый процесс закончился обвинительным приговором. Затем приговор отменили из-за проблем с использованием показаний Джули. На втором процессе спорное письмо уже не могло играть прежнюю роль, однако присяжные снова признали Йенсена виновным. Теперь же защита не просто возвращается к старой версии, пытаясь «пересобрать» цифровую часть дела. Это уже гораздо больше, чем попытка осужденного сказать: «Я невиновен». Это попытка утверждать, что сама конструкция доказательств второго процесса могла быть ошибочной.

Сейчас защита Йенсена продвигает версию, согласно которой Джули могла отравить себя сама. Она могла самостоятельно принять этиленгликоль, а значительная часть цифровых следов, использованных против Марка, могла быть неверно интерпретирована или относиться к самой Джули. Суд должен решить, есть ли достаточные основания провести дополнительное доказательственное слушание и рассмотреть утверждения о неэффективной работе адвокатов и возможном непредоставлении защите существенных материалов. Впрочем, новый процесс пока что не назначен.

Поддержите меня переводом с карты по ссылке или QR-коду.

Поддержите меня донатом на Boosty.

Там же можно подписаться на ежемесячную поддержку.

Поделитесь этим постом!